Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 171 – Диана Фурсова

— Это не про любовную ревность, — тихо сказала Алина.

Рейнар повернул голову к ней.

— Я и не думал, что вы опуститесь до такой банальности.

— Я не опускаюсь. Я исключаю. — Она постучала ногтем по строчке. — Если бы Илара была просто неудобной родственницей, её бы “успокоили”, “удержали”, “увезли”. Но тут — убрать первой. Значит, она либо знала что-то до меня, либо могла стать для вас опасно важной по другой причине.

Тарр нахмурился:

— По какой?

Алина медленно выдохнула.

Вот где воздух в кабинете снова стал тяжёлым.

— По той, — сказала она, — которая теперь объясняет почти всё.

Оба мужчины смотрели молча.

И это было хорошо.

Потому что ей нужно было самой услышать собственную мысль целиком.

— Если враги знали о линии Рейнара, — продолжила она, не отрывая взгляда от листа, — тогда им было важно не просто убрать жену и поставить другую женщину на её место. Им нужно было контролировать любую женщину, чьё существование рядом с ним ломало бы удобную схему. Жену — потому что её можно объявить пустой и заменить. Илару — потому что она могла знать о проклятии, о ране, о невозможности наследника. Или… — она замолчала на секунду, — или потому, что её хотели использовать как свидетельницу, опекуншу, хранительницу семейной правды. А потом убрать, если вы вдруг начнёте слушать именно её.

Тарр медленно кивнул.

Рейнар — нет.

Он стоял слишком неподвижно.

Опять.

Хуже всего именно это.

— Вы что-то вспомнили, — тихо сказала Алина.

Он поднял на неё взгляд.

Тёмный. Нехороший.

— Возможно.

— Тогда говорите.

— Нет.

Вот и всё.

Прежний Рейнар. Железный, закрытый, не отдающий даже крошки правды без крови.

Алина почувствовала вспышку раздражения.

— Прекрасно. Значит, я сейчас снова должна по крупицам собирать то, что вы упрямо держите у себя, хотя именно молчание уже привело нас сюда?

— Аделаида.

— Нет, Рейнар. — Она сказала имя слишком быстро, слишком прямо. Но отступать уже не стала. — Не смейте опять закрываться, когда речь идёт о человеке, которого могли годами держать как живой замок на вашей тайне.

Тарр очень разумно не пошевелился.

Только лицо стало чуть каменнее.

Рейнар же смотрел на неё так, будто решал, кто из них двоих сейчас сорвётся первым.

Потом сказал:

— Илара была рядом, когда меня привезли после границы.

Тишина упала сразу.

Алина медленно опустила лист.

— Сколько ей было?

— Шестнадцать.

Шестнадцать.

Почти ребёнок.

Достаточно взрослая, чтобы запомнить. Недостаточно взрослая, чтобы её слова считали равными словам мужчин.

Очень удобный свидетель для тех, кто умеет работать через дом.

— Она слышала разговор целителей? — спросила Алина.

— Да.

— И вы это знали?

— Потом. — Его голос стал ещё тише. — Не сразу.

Вот и ещё один кусок.

Алина ощутила, как мысль окончательно складывается.

— Значит, Илара знала о ране и о том, что с вами сделали.

— Да.

— И, если в доме кто-то строил схему через наследника, она была единственной женщиной внутри семьи, кто мог однажды сказать: дело не в жене.

Рейнар ничего не ответил.

Потому что ответ был и так ясен.

Да.

Именно поэтому её нужно было убрать первой.

Не потому, что он “посмотрит” на неё как на женщину.

Потому, что начнёт смотреть на неё как на человека, знающего правду.

Слишком похоже.

Слишком мерзко.

— Где она сейчас на самом деле? — спросила Алина.