Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 172 – Диана Фурсова

Тарр ответил раньше генерала:

— Я подниму всех по западной галерее, часовне и старым комнатам Арден. Но если список писал внутренний круг, Илару могли либо спрятать, либо давно убедить, что молчать — единственный способ остаться живой.

— Или сумасшедшей, — тихо сказала Алина.

И сама же тут же услышала, насколько опасно это прозвучало.

В кабинете стало совсем тихо.

Потому что все трое подумали об одном и том же.

О прежней Аделаиде.

О “женских слабостях”.

О девочках и женщинах, которых проще было не убить сразу, а сперва сделать ненадёжными, нервными, тихими, ненужными.

Рейнар отвернулся к окну.

— До рассвета найдите мне её, — сказал он.

Тарр коротко кивнул и вышел.

Они остались вдвоём.

Снова.

Проклятье.

Кажется, весь этот дом только и делал, что оставлял их наедине в самые неподходящие минуты.

Алина подошла к столу. Положила лист рядом с флаконом Хольта и принесёнными ранее бумагами. Потом очень осторожно сказала:

— Если Илара жива и прячется не сама, значит, её удерживают не силой, а страхом. Или лекарствами.

Рейнар не повернулся.

— Вы всегда видите худший вариант?

— Нет. Только наиболее частый.

— Удобная профессия.

— Отвратительная. Но полезная.

Он медленно обернулся.

— И что вы предлагаете?

Вот так.

Опять.

Сильный мужчина, привыкший решать сам, задавал ей этот вопрос всё чаще.

Очень опасный сдвиг.

— Я предлагаю искать не девушку, а режим, — сказала Алина. — Если её держали в слабости, значит, где-то должны остаться следы: настои, отдельная еда, старые записи по “женской горячке”, подмены белья, закрытые комнаты, служанка, которую редко выпускают наружу. И… — она взглянула на принесённый Хольтом флакон, — мне нужна не только ваша лекарская линия. Мне нужна магическая.

Рейнар нахмурился.

— Объяснитесь.

— Ваше ранение — не чистая медицина. Дом живёт не только на травах. Повитуха нужна была не только для бумаг. Драконья кровь у детей вспыхивает иначе, чем обычный жар. А у вас в плечо, по словам Хольта, попало что-то, что “не должно было достаться живому”. Это не про грязный нож и не про плохую перевязку. Это про магию, которую кто-то понимает лучше нас.

Он смотрел молча.

Очень внимательно.

— И?

— И, — сказала Алина, — у нас есть три варианта. Либо искать честного родового целителя, который тут же донесёт всем, что генерал уязвим. Либо продолжать тыкаться в полутьме и делать вид, что проклятие рассосётся от мужского характера. Либо идти к тому, кто знает тёмную сторону магии и не боится лезть в неё руками.

Уголок его рта дёрнулся.

— Вы удивительно красиво называете ведьму.

— Я называю специалиста по гадости, которой вас однажды испортили и которой сейчас продолжают играть.

— И вы уже знаете такую?

Алина помолчала.

Не знала.

Но у неё была Марта. Предместье. Слухи. Женщины, которые торгуют не только травами, но и именами.

— Пока нет, — честно сказала она. — Но узнаю быстро. Такие люди либо сидят слишком далеко, либо слишком близко. Судя по тому, как у вас здесь всё связано со столицей, я бы ставила на второе.

Рейнар опустил взгляд на флакон.

Потом поднял обратно.

— Это риск.

— Разумеется.

— Нас могут вести.

— Уже ведут.

— Нас могут обмануть.

— Уже обманывают.

— И всё же вы предлагаете добровольно пойти к магичке, которой нельзя доверять.

— Да. Потому что мне нравятся честные расклады: либо нас попытаются купить, либо отравить, либо использовать. Нам хотя бы не придётся гадать, есть ли там опасность.