Книга Здесь все рядом, страница 93 – Анна Дашевская

— Ты не боишься мне всё это рассказывать?

— Нет, не боюсь.

— Вдруг я один из тех, кто на этот самый гримуар охотится?

Отвечать вопросом на вопрос я люблю и умею.

— А мы уже твёрдо уверены, что охотятся именно на этот предмет?

Он пожал плечами.

— Я внимательно выслушал, что ты рассказала, но вообще-то мы тут работали, как ты догадываешься. И кое-чего накопали. Монастырскими кладовыми интересуются не в первый раз, просто в этот раз хотят получить какой-то конкретный предмет. За Горгадзе с давних времён тянутся связи с антикварами, и то самое «Пересечение множеств» дало очень интересный результат.

— Он был убит по приказу Каменцева? – у меня во рту стало горько, словно я глотнула настойки полыни.

— Что? Нет, что ты! Он как раз работал на твоего старинного знакомого. На дядю Мишу, ага, – Стас ухмыльнулся. – Знаешь, какое прозвище у Каменцева в этих кругах? Ящер.

— Ну и не похож ни капли. То есть, дядя Миша… – тут я запнулась; вот странное дело, назвать его так, как я называла всю свою жизнь, не получалось, пришлось поправиться. – Михаил Николаевич интересовался именно гримуаром моей семьи, и в Бежицы приехал поэтому?

— В точку! А вот «Ролекс», вероятно, представляет противоположную сторону.

— А Эсфирь?

Снова Стас пожал плечами.

— Выясним. Только… Таточка, больше всего мне бы хотелось вывести тебя из этой истории, отправить даже не в Москву, а куда-нибудь на тёплые моря, пока всё не закончится. Но ты уже влезла в неё всеми лапами…

— Словно ёжик в миску с молоком, – я шмыгнула носом. – Ничего не выйдет, Новый год скоро, у меня ожидаются гости.

— Кто?

— Ты, например.

Признаюсь, на этом месте от разговора мы отвлеклись, и надолго.

Ужасно не хотелось вылезать из-под одеяла, снова одеваться и говорить о неприятном. Но деваться некуда, завтра мне предстоит согласиться на приезд «Ролекса» и его хозяина, и со Стасом нужно всё проговорить.

На часах перевалило за одиннадцать; мне-то всё равно, а ему завтра всё равно идти на службу, так что лучше поторопиться.

— Чай будешь?

— Давай. Только прекрати меня пирогами кормить, а то я не влезу в парадный мундир. Пока что дай мне твою схему? – он уткнулся в изрядно уже захватанный листок. – Получается, у них есть ещё кто-то в монастыре?

— Должен быть. Я получила гримуар сегодня и работала с ним – не то, чтобы на виду у монахинь, но и ни от кого не скрываясь. Желающие могли заметить, сопоставить и сообщить. Иначе с какой бы стати так возбудился «Ролекс»? Вот правда я не знаю, представляют ли они, о чём идёт речь…

— Поясни?

— Записки целителей за последние почти триста лет могут быть интересны сами по себе, как антикварно-букинистическая редкость. Как рукопись, стоящая денег. Так?

— Так.

— Но есть ведь и вторая сторона медали. То, что это записки целителей, и не только целителей, обладающих необычными способностями. Евпраксия не разрешила мне читать первые страницы, самые давние, не только из-за нечитаемого шрифта и сложного для восприятия языка. По её словам, это можно будет сделать после привязки.

Бекетов вздёрнул брови.

— И ты на это пойдёшь?

— Конечно. Если уж у меня обнаружились какие-то способности и появилась возможность их развить, начать пользоваться, было бы стыдно не сделать этого. Да, боюсь, – ответила я на незаданный вопрос. – Но научиться хочу гораздо больше. И кстати, ты спрашивал, не опасаюсь ли я рассказывать обо всём тебе.