Онлайн книга «Истинная игрушка для Альф»
|
Мамочка… Больно. Так сильно, что заполняет меня от кончиков пальцев до макушки до онемения. Я лежу в луже, дождь бьет по лицу, и надо мной — черное небо и расплывающиеся пятна фонарей. Кто-то бежит ко мне. Я слышу голоса, которые постепенно стихают. — Скорую! Вызовите скорую! Чьи-то руки касаются моего плеча, и мне хочется сказать: «не надо». Не надо скорую. Не надо ничего. Я устала. Мне больше некуда возвращаться… И тогда появляется свет… 2 глава Он меня ослепляет. Я окончательно теряю связь с реальностью и погружаюсь в мрак. Только этот мрак вовсе не мрачный… Новая боль пронзает каждую клетку. Словно меня разбирают на атомы, выворачивают наизнанку и собирают заново. Я пытаюсь закричать, но звук не выходит. Пытаюсь вцепиться в мокрый асфальт, но пальцы ни за что не цепляются. А потом темнота. Густая, вязкая, абсолютная темнота. Я умерла? Может, это и к лучшему. Может, я сейчас увижу маму… Но темнота не отпускает. Вокруг ничего нет. Ничего… Нет и боли — и это пугает больше всего. Секунду назад я умирала на мокром асфальте, а теперь — ничего. Как будто меня выключили. А потом — вибрация. Тонкая, мерная, проникающая в каждый нерв. Она идет откуда-то снизу и мягко поднимается по позвоночнику, разливается по ребрам, касается затылка. Она неприятно отдает в кончики пальцев и мне становится не по себе. И голос. Механический. Ровный. Лишенный всего человеческого — интонаций, пауз, дыхания. И при этом странно мелодичный, с переливами, которых я никогда не слышала ни от машины, ни от живого существа. Он звучит словно вокруг меня, я не понимаю что слышу и почему тут такое необычное эхо… — Активация объекта завершена. Биометрические параметры — в пределах установленной нормы. Нейронная интеграция — сто процентов. Совместимость матрицы с носителем — девяносто восемь целых четыре десятых. Отклонения в допустимом диапазоне. Сознание — пробуждено. Сенсорная сетка — откалибрована. Двигательный контур — заблокирован. Все настройки верны. Объект готов к первичному осмотру. Каждое слово — отчетливое, ровное, но ужасающе безразличное. Как диктор, что зачитывает сводку новостей. Язык. Я понимаю язык, но это вообще ни разу не один из тех, что я когда-либо слышала. Слова незнакомые, звуки чужие — но смысл приходит сам, минуя уши, минуя логику, загружаясь прямо в мозг… Мои глаза открываются. И я вижу. Каюта. Нет — зал. Нет… я не знаю, как это назвать. Огромное пространство, освещаемое световыми линиями на стенах. Потолок уходит вверх, и по нему бегут переливающиеся линии, как нервная система живого существа, — голубые, лиловые, белые. Они пульсируют, и мне кажется, пульсируют в такт моему сердцу. Оно, к слову, бьется очень ровно. Вдоль стен — панели, покрытые символами, которых я не знаю, но которые кажутся мне почему-то до болезненного знакомыми. Они мерцают и на экранах что-то отображается… Это не Земля. Это точно не Земля. Это что-то такое, что человеческий мозг не способен был бы выдумать. Каждая поверхность — органическая, плавная, без единого острого угла, без стыков, без швов. Футуристические фильмы, которые я смотрела, — жалкая картонная декорация по сравнению с тем, что я вижу прямо сейчас. Космический корабль? Станция? Другое измерение? Я хочу повернуть голову и осмотреться, но не могу. |