Книга Пончик для Пирожочка, страница 126 – Элис Айт

— Именно. А еще моего поместья и непомерного долга, унаследованного мной от отца. Вы садитесь, садитесь, не стесняйтесь. Чаю, может быть?

— А этим людям обязательно здесь присутствовать? — с вызовом спросила Никки, держа спину гордо выпрямленной и глядя на полицейских. — Мы не нарушали закон.

— Лично вы, может быть, и нет, — поправил я. — Ваш отец — совершенно точно нарушил, и не раз. Вам, Никки, между прочим, тоже здесь присутствовать не обязательно. Полагаю, снаружи вас ждет карета? Я не буду против, если вы посидите там.

— Хам! — оскорбленно бросила девушка.

Я равнодушно пожал плечами.

— Хам ли я? Наверняка. А как тогда назвать девушку, которая к вящей радости отца одевается откровеннее, чем продажная женщина в портовом городе, и готова прыгнуть под венец с незнакомым мужчиной только из-за его титула?

Один из полицейских не смог сдержать смешок. Никки побагровела от ярости, ее лицо исказилось и вдруг сделалось поразительно некрасивым.

Я рассеянно подумал, насколько человеческая природа удивительна. Несса не обладала такой же идеальной красотой, как дочь Феймана, но благодаря душевным качествам была в сто раз милее и очаровательнее, чем эта холодная и злая кукла, истинная уродливость которой проглядывала из-под ее маски в подобные моменты.

— Никки, иди в карету, — приказал Мервит.

Девушка изумленно оглянулась на него, но спорить не стала, лишь раздраженно передернула плечами, аккуратно подобрала подол и с гордостью королевы покинула кафе.

В нем после этого даже как-то дышаться стало легче.

— Садитесь, Мервит, — я указал на стул напротив себя.

— К чему это? — холодно поинтересовался он. — Вам вдруг стали интересны сделки? Или на самом деле ваши «доказательства» моей вины не так уж крепки, как вам хотелось бы, поэтому вы надеетесь выудить из меня признания? Этому не бывать.

— А почему вы не позвали на встречу Филерана? — я резко перевел тему. — Разве он не всегда присутствует при переговорах как будущее «лицо» семьи?

— Причина вас не касается, — кусок льда показался бы теплее его голоса. — Это дела семейные.

С кухни раздался тихий вздох. Я и так подозревал, что все повара бросили свои занятия и внимательно слушают, а сейчас в этом убедился.

Все кафе знало, что это за «дела семейные». Вчера вечером Фейман-старший наткнулся на сына, прогуливающегося в парке под ручку с Минни. По ее словам, Филеран удостоился взбучки от отца, а сама девушка — целого потока оскорблений, как недостойная пара для сына. Филеран, похоже, так не считал, потому что врезал за это отцу при свидетелях.

Со стороны парня это был смелый шаг. Я от него подобного не ожидал. Видимо, иногда все же яблочко падает далеко от яблоньки, либо чувства Филерана к Минни оказались гораздо сильнее, чем мог представить Мервит.

— Семейные так семейные, — легко согласился я. — Наверное, и хорошо, что его здесь нет. Он лучше вас, и ему было бы неприятно обо всем этом слышать.

— Придержите свои разглагольствования для суда, на котором я обвиню вас в клевете и распространении порочащих сведений обо мне, — оборвал Фейман-старший.

— Суд будет, но над вами. Садитесь, Уллес, повторяю последний раз. И не тратьте силы, убеждая меня, что никакого Уллеса вы не знаете. Человек по имени Беврен Коллран, которого вы годами принуждали выдавать себя за Уллеса Мартингейла, угрожая ему смертью из-за крупного карточного долга, в данный момент находится в полицейском участке и поведал много интересного. Мы с моими товарищами, — я кивком указал на полицейских, — не поленились и взяли показания у соседей мистера Мартингейла, которые тоже поделились любопытными подробностями о нем.