Книга Пончик для Пирожочка, страница 127 – Элис Айт

Мервит, побледнев, тяжело опустился на сиденье.

— Так мне рассказать вам о вашей подлинной жизни или вы все-таки сами сподобитесь? — уточнил я. — Как видите, мне известно не так уж мало.

Он слабо фыркнул.

— Ну давайте, попробуйте, попотчуйте меня вашими сказками. Посмотрим, что вы в самом деле знаете, а что сочинили для полиции.

Я невозмутимо отпил из чашки назло Фейману, который дернул ртом, раздраженный из-за задержки. Было очевидно, чего он добивается — хочет услышать мою версию, чтобы попытаться извратить ее на суде. Но я собрал достаточно свидетельств для того, чтобы этого не случилось, поэтому мог никуда не торопиться и говорить, как есть.

— Ваши родители рано умерли. Вы стали полным сиротой лет в двенадцать, и примерно в это же время вас вышвырнули из магического колледжа. Поглощенный горем, вы не видели причин сдерживать ни норов, ни магию. Страдали стены, мебель, другие ученики, и вскоре преподавателям это надоело, тем более возместить ущерб ребенок-сирота не мог. Других родственников не осталось, и вы брались за любую работу. Вероятно, в то время вы и научились карточным фокусам — для колдуна это вообще не сложная задача. Обыгрывать в карты простаков и жить потом на эти деньги легче, чем зарабатывать их настоящим трудом.

— Выдумки, — усмехнулся он.

— Тем не менее ваши соседи удивительно единодушны в них. Итак, вы подросли и встретили будущую жену. Она забеременела, и вам стало ясно, что прежними мерами не прожить. Нужно что-то более основательное и стабильное. Скорее всего, идея пришла к вам, когда вы работали лоточником. Вы продавали горячие пирожки, привлекая покупателей все теми же фокусами, и бойко врали, что вся выпечка зачарована. Люди в это охотно верили, ведь даже не каждый маг может сходу определить, правда это или нет. Я и сам, к стыду своему, чуть не упустил то, что Несса давно уже научилась вкладывать волшебство в пончики — если, конечно, не думает упорно о том, как это сделать. Ей не хватало лишь капельки веры от кого-то, кто ей ценен и кто ценит ее саму.

— Ну уж эти подробности точно можно опустить, — недовольно заметил Фейман.

Я улыбнулся, прислушиваясь к шепоткам на кухне.

Нет, их никак нельзя было опустить.

— Затем случилась очередная трагедия, которая изменила все, — продолжил я. — Ваш первенец, горячо любимый сын, появился на свет с врожденной травмой — целители в один голос сказали, что он будет хромать всю жизнь, и исправить это невозможно. Знаете, нет людей, которым везет постоянно — у всех случаются трагедии. Только одни люди используют их как оправдание для того, чтобы пуститься во все грехи, а другие стойко выдерживают испытания, не теряя человечность.

— Не сомневаюсь, что вы относите себя ко второму типу, — усмехнулся он.

Я вздохнул.

— Увы, я грешен. В любом случае, речь сейчас не обо мне. Имея на руках ослабевшую после родов жену и сына-калеку, о котором придется заботиться до старости, вы поняли, что избавиться от старых преступных привычек все же не получится. С этого момента неудачник-бедняк по имени Уллес Мартингейл исчез. Вместо него появился молодой и амбициозный делец по имени Мервит Фейман, ведущий свой род ни много ни мало от самих фей, а это по определению значило, что он талантливый маг. И окружающие вновь купились на ложь, ведь вы еще в молодости освоили множество фокусов, которые могли в этом убедить неодаренных. Помогло и то, что ваш первенец неожиданно обнаружил незаурядные способности к колдовству и неподдельную любовь к кулинарии.