Книга 48 минут. Пепел, страница 54 – Виктория Побединская

— Там на кухне твоя помощь нужна, – сообщает она и, протянув мне одно ведро, словно приглашение, исчезает в коридоре.

Я спускаюсь с подоконника, стараясь поспеть за Рейвен, потому что фонарь один, а идти надо в полной темноте. Несмотря на то что в здании почти нет окон, мы редко используем свет, чтобы не привлекать внимание. Я ступаю осторожно, а Рейвен движется словно инстинктивно, даже не глядя под ноги, перескакивает сгнившие доски и сломанные ступеньки. Внизу на кухне тепло, в печи горят дрова, и Шон шевелит их куском арматуры. Пламя в полумраке отбрасывает на его плечи замысловатые тени, так что в темноте кажется, будто он светится изнутри.

— Пойду еще принесу. – Шон поднимается, и слова растворяются следом за хозяином в темноте коридора. Я бросаю взгляд на стол в углу комнаты. Там, среди металлических кружек, уже ждут эмалированный таз и гора картофеля. Улыбнувшись воспоминаниям, подбираю с пола нож. Теперь мне хотя бы не стыдно. Присев на перевернутый ящик, я берусь за работу, а Рейвен становится рядом, набирает воду.

— Как ты? – спрашиваю я.

Она пожимает плечами.

— Порядок. По крайней мере, при памяти. Это уже немало.

Не могу не согласиться. В чем в чем, а в этом ей повезло гораздо больше, чем любому из нас.

Наполнив первое ведро, Рейвен берется за следующее, вдвое больше. Закончив, покрепче хватает в каждую руку по ноше, натужно поднимается и кое-как делает шаг. Потом еще и еще один, стараясь не расплескать ни капли, а может, не упасть. Металлические ручки врезаются в крошечные ладони, но девушку это не останавливает. Добравшись до печки, она встает ногами на стул и поочередно выливает воду из ведер в бак. Потом возвращается к раковине и снова принимается за дело. Холодные брызги, отскакивая от металла, разлетаются в разные стороны, попадая на мое лицо, и я отсаживаюсь подальше.

— Зачем так много? – спрашиваю я, прикидывая в уме, для чего может понадобиться столько кипятка.

— Хочу в кои-то веки нормально помыться, – отвечает Рейвен, закрывая кран. – В комнате, где свален реквизит, нашлась ванна. – Наклонившись, она заговорщически шепчет: – Я все утро ее оттирала от всякого дерьма, осталось только воды натаскать, пока кто-нибудь из парней туда не вломился. Если хочешь, валяй следом. Я не против. Только после меня.

— Хорошо. Но не нужно тебе самой наверх эти ведра тащить.

— Справлюсь, – отвечает Рейвен, бросая на меня недовольный взгляд. – Не такая уж и немощная.

В ее голосе слышны горделивые нотки, так что я просто молча наблюдаю за ней, пока с лестницы до нас не доносятся шаги. Так ходит только один человек. Каждый стук каблука – как профессионально поставленный удар, а интервалы между ними настолько точны, что его походку можно использовать вместо метронома.

— Давай попросим Шона, – предлагаю я. – Хотя бы просто поднять наверх. Мы не скажем ему зачем.

Фигура парня тут же появляется в дверном проеме, заполняя его почти целиком.

— Звала? – спрашивает он. Я оглядываюсь на Рейвен. Та недовольно хмурится:

— Помоги поднять воду по лестнице. До общей комнаты, пожалуйста. Дальше мы сами.

— Без проблем, – отвечает Шон и подхватывает оба ведра, будто они ничего не весят. У Рейвен темнеет лицо.

— Да уж, спасибо, – цедит она, провожая его недовольным взглядом. Опускается на корточки и принимается тыкать палкой угольки в печке.