Книга 48 минут. Пепел, страница 52 – Виктория Побединская

— Невероятно, – шепчет Ник.

— Какого хрена? – Джесс с грохотом вваливается в комнату.

— Отбой, ложная тревога. – Рей выставляет руку вперед и, повернувшись к Нику, продолжает: – Представь солдат, которые могут заставить любого поверить в то, что нереально. Они словно иллюзионисты, что создают чудеса прямиком из воздуха. Армия любой страны пойдет на что угодно, чтобы заполучить такое оружие. – Пару секунд она наслаждается произведенным эффектом, а потом небрежно добавляет: – Так было задумано, но оказалось, что Фантом действует лишь на людей, связанных одним Эхо, а таких не больше двух десятков, так что, по сути, пользы от него никакой. Разве что повеселиться.

— И сколько таких, как ты? – спрашивает Ник.

— Ты хотел сказать, таких, как мы, – поправляет Рейвен. – Пятеро, я ж говорила. Вернее, было пятеро. Осталось двое. Максфилд не успел развить этот проект как следует.

— Почему?

— Потому что дорого. Для штатных миссий Кораксу вполне достаточно людей. А на специальные исследования нужно серьезное финансирование.

— Но что-то ведь он успел, – медленно произносит Ник, и Рей довольно улыбается, понимая, в какую сторону он клонит. – Откуда деньги?

— А ты как думаешь?

Ник замолкает и опирается подбородком на ладонь.

— Те задания? – спрашивает он. – После которых память пропадала на несколько дней.

— Молодец, умный мальчик, – кивает Рейвен, водя пальцем по краю кружки. Поднимает ее и делает глоток, совсем не по-доброму глядя в мою сторону. – Максфилд заставил вас отработать каждый вложенный цент. Пояснить, на что пошли деньги, или не стоит?

Ник вскидывает голову и одаривает меня коротким взглядом. Перед глазами проносятся, словно кабинки в чертовом колесе, все факты, что я успела о себе собрать. Частная школа, один из лучших университетов Лондона. Часы на запястье вдруг начинают блестеть слишком ярко, и я тяну рукава пониже.

— Очевидно, не только на проект, – резюмирует девушка.

— Не заводись, – останавливает ее Ник. – Меня это не интересует.

От обвинений, брошенных наверняка не в последний раз, что-то внутри дергается, но не нужно Рейвен знать о том, насколько они меня задевают. Да и Нику тоже.

— Когда ты оказывался в лаборатории после очередного задания, я несколько раз пыталась поговорить, – устало произносит Рейвен. – Но каждый раз ты меня забывал.

Ник опускает глаза, словно пытается вспомнить, а потом восклицает:

— Значит, это была ты!

Рейвен кивает:

— Ну наконец-то.

— Снилась несколько раз, будто кричала что-то, пыталась разбудить.

— А все потому, что у меня не было особого желания становиться хранилищем твоих кошмаров, – разводит руками девушка. – Но я здесь, моя память тоже, так что давай уже делать что-то, а не просто просиживать задницы.

Они одновременно улыбаются.

— Притормозите, притормозите, – вклинивается Арт, выставив ладонь вперед, и несколько раз моргает, словно внутри него происходит короткое замыкание. – Что за хрень происходит? Объясните по-человечески.

Рейвен вздыхает, разворачивается к нему.

— Наш мозг умеет сам достраивать реальность. Даже то, чего на самом деле не существует, – поясняет она. – Иллюзия – это обман зрения, некий сбой в работе зрительной системы. Эхо позволяет соединить сознание. А Фантом – как следующий уровень в этой игре. Не все могут до него добраться. Нужно хорошее воображение.