Книга Хозяйка драконьей оранжереи, страница 57 – Ольга Ломтева

Я не знаю, что на это ответить. Внутри все переворачивается, смешивая слабость, страх и странное, пугающее тепло.

Миссис Филипс поднимается, разминая затекшую спину.

— Я сейчас позову Адель, пусть принесет бульон. И нужно послать за мистером Хартингом. Он будет рвать и метать, если узнает, что вы очнулись без него.

— Он… дома? — уточняю я.

— Нет, — экономка качает головой. — С утра уехал в город, по делам вашего развода и… по своим тоже. Но велел сообщить немедленно, как только вы придете в себя. Я пошлю Колина, он быстрый.

Адель приносит бульон так быстро, что у меня складывается впечатление будто бы она только и ждала приказа с подносом в руках. Это кажется мне крайне подозрительным. К тому же после новостей о порче мне совершенно не хочется есть.

— Кушайте, миссис Рид, я проверила его на яды, — чуть ли не умоляет экономка. — Вам нужно набираться сил.

Нужно, да, но страшно.

— Спасибо, но я не голодна. Может чуть позже, — сиплю я.

— Миссис Рид, — к экономке подключается Адель. Она тянет брови домиком, совсем как ребенок.

Но я остаюсь непреклонна. Пока не приехал Хартинг, придется голодать. А когда он приедет у меня к нему будет серьезный разговор.

Карен

Я так и не прикоснулась к бульону. Адель уносит его почти нетронутым, бросив на меня обиженный взгляд. Миссис Филипс вздыхает, но не настаивает. Она понимающе кивает и возвращается в кресло к вязанию, но я чувствую, как ее взгляд то и дело касается моего лица.

Время тянется невыносимо долго. Я смотрю в потолок и пытаюсь собрать мысли воедино. Порча. Дирк смог добраться до меня даже здесь, в доме Хартинга. Это значит, что он не остановится. Он будет пробовать снова и снова, пока не добьется своего. Или убьет меня. Или пока не отправит меня в монастырь Святой Хельги, откуда не возвращаются.

В груди разрастается холод. Не тот, что от магии Хартинга, а мертвенный. Я не хочу умирать. Я не хочу провести остаток дней, сгнивая заживо в подвалах монастыря.

Когда входная дверь хлопает внизу, я вздрагиваю. Миссис Филипс роняет спицы и поднимается, но я жестом останавливаю ее.

— Я сама, — хриплю я, с трудом приподнимаясь на подушках.

Шаги. Тяжелые, стремительные. Вот они уже на лестнице, вот в коридоре, и дверь распахивается.

Хартинг застывает на пороге.

На нем тот же строгий костюм, что и всегда, но он выглядит иначе. Шейный платок чуть сбит, темные волосы взлохмачены, будто он несколько раз проводил по ним рукой. В глазах — буря, которую он отчаянно пытается удержать под контролем.

Секунду Хартинг смотрит на меня, и я вижу, как дергается его кадык. Потом делает глубокий вдох, медленно выдыхает и, словно натягивая невидимую маску, становится собой — тем невозмутимым адвокатом, который несколько дней назад парировал удары в суде.

Но я уже видела его без маски.

— Миссис Филипс, — его голос звучит ровно, но я чувствую в нем напряжение. — Оставьте нас.

Экономка бесшумно исчезает, прикрывая за собой дверь.

Хартинг пересекает комнату и опускается на край кровати. Слишком близко. Я ощущаю исходящее от него тепло, едва уловимый свежести, черного кофе и… чего-то еще. Металлического. Тревожного.

Хартинг молчит. Просто смотрит на меня, скользит взглядом по лицу, задерживается на глазах, на губах. Его рука тянется к моему лбу, и теплые пальцы касаются кожи.