Книга Река – костяные берега, страница 96 – Полина Луговцова

— Не украсть, а только посмотреть, как она ловится, – попытался объяснить он, но Двузубова возмутилась:

— Выходит, секрет прознать вздумал? Хитре-ец! Никому не позволено без моего ведома рыбу ловить! Наказание за такое дело полагается! Но тебя, так и быть, на первый раз прощаю, нравишься ты мне. Садись да ешь!

— Но мне не хочется! – Борис упирался, отказываясь садиться за стол, и старался не смотреть на эти жуткие рыбные яства, чувствуя, что становится центром всеобщего внимания. Не меньше сотни пар глаз наблюдали за ним.

— Знаешь ли ты, что в наших краях существует древний обычай: гостя, отказавшегося отобедать с хозяином, считают за врага и выгоняют с позором!– наседала Двузубова. – Раньше за такое могли и убить.

— Надо же, я и не думал, что все так серьезно! – Борис лихорадочно соображал, как выкрутиться, уверенный, что не сможет заставить себя проглотить даже крошечный кусочек «пожарного шланга». – А, может, у вас картошечка найдется? Помню, что она была очень вкусная!

Среди гостей послышался недовольный ропот и смешки, но Двузубова все-таки сжалилась: велела подать на стол картошки для особенного гостя и мятного чая для всех. Глядя, как Борис поспешно откусывает дымящийся клубень, она вдруг пригрозила:

— Но смотри, в другой раз не отвертишься!

— В другой раз?! – Борис от неожиданности чуть не подавился. – Вообще-то я как-то… не планировал…

— Ну-ну, не зарекайся! – загадочно усмехнулась хозяйка.

В тот момент Борис был уверен, что никогда не захочет вернуться в Кудыкино, существующее в его до странности реалистичных снах. Он мечтал, чтобы дурной сон поскорее закончился, но знал, что по сложившейся традиции терпеть ему придется до наступления ночи.

Как только странная рыба была съедена до последнего кусочка и хозяйка отпустила всех гостей, Борис бросился на поиски выхода из терема в стремлении как можно скорее глотнуть свежего воздуха – казалось, еще немного, и он задохнется от густой рыбной вони, наполнявшей комнаты и коридоры. Двузубова взяла с него обещание вернуться на ночлег, но на самом деле Борис сразу решил, что не ступит больше сюда ни ногой, лучше устроиться под кустом на берегу реки. И, хотя в прошлый раз местный мальчишка по имени Колька внушил ему страх к обитающей там русалке, позже Борис догадался, что на самом деле это была Нюра, которая едва ли представляла для него какую-то опасность. Она сама боялась Бориса как огня. А вот поведение ведьмы Двузубовой показалось ему агрессивным: что-то хищное и плотоядное сквозило в ее взгляде – она смотрела на него, как щука на пескаря.

Оказавшись во дворе, Борис поспешил к воротам, стараясь не дышать. Сильный запах сырой рыбы наверняка исходил из бочек, стоящих рядами вдоль забора. Вдруг любопытство подтолкнуло его заглянуть в одну из них – может быть, удастся увидеть, как эта рыба выглядит в неразделанном виде? Он сошел с дорожки и воровато огляделся. Никто на него не смотрел. Сторож на воротах стоял к нему спиной, а снующие по двору люди были заняты своими делами: одни развешивали для просушки рыбные снасти, другие нанизывали на крючки куски разделанной рыбы, третьи шли куда-то с ведрами в руках. В одно мгновение Борис оказался у бочки и заглянул через край. Внутри была вода, и в ней медленно шевелилось и ворочалось что-то темное, похожее на огромный клубок крупных змей. На рыбу эти твари были похожи меньше всего. Он уже хотел опустить в воду руку, чтобы поймать одно из странных существ и разглядеть при свете дня, но его вдруг грубо толкнули в плечо.