Книга Майор, спеши меня любить, страница 56 – Хелен Кир

— Че там? — спрашивает Федя, когда вваливаюсь назад.

— Ничего, можно качать, не свалимся. Некуда.

— Тихо, — прижимает палец к губам.

Затихаем. Издалека раздается невнятный голос, точнее голоса. Их много. Голоса и лай собак. Сдавленно материмся оба. Короче, самый трешак случается. Не угомонились, твари.

— Пиздееец. Секта вышла на охоту.

Сжав зубы, прислушиваюсь. Они приближаются. На нас открыта охота. В силу того, что по ходу это общинные угодья, нам шиздец. Но хер им, выкусят. За дешево никто сдаваться не собирается. И за дорого тоже.

— М-м-м, — стон Яны возвращает в реальность.

Наплевав на все, перемахиваю и осторожно поднимаю на сиденье. Задираю свитер, бегло осматриваю. Перелома нет, сильный ушиб. Стягиваю с себя футболку, рву и фиксирую наподобием корсета.

— Потерпи, пожалуйста.

— Миш, — хватает за руку. — Не отдавай меня.

— Ты чего? Ян, ты чего?! Ты моя девочка. Поняла?

Кивает быстро-быстро, а сама ревет. Успокаиваю, глажу и ласкаю немножко. Глупенькая. Куда без нее теперь? Да ни за что в жизни не отдам никому. Ни за какие сокровища.

— Миха! — предупреждающе шипит брат.

— Считай до нуля.

С сожалением отрываюсь от Яны. Загребаю из багажника стволы. Ловлю в зеркало странный знак брата Яне. Че он ей там показывает. Пальцами вроде курок нажимает. Так … всунул пистолет, что ли?

— Где твоя куртка? — вызверяюсь на Яночку.

Ответить не успевает.

— Выходите с поднятыми руками, — раздается в громкоговорилке почти рядом. Голос эхом по лесу раскатывается. — В вашей машине сбежавшая преступница.

Даже так? Интересно кто присвоил ей этот статус?

Подмигиваю Яне ободряюще. Не реагирует. Она белая, как мел. Глаза стеклянные, будто ослепла. Пот над губой выступил, в секунду становится невменяемой.

— Ян?

— Это он, — чужой интонацией говорит.

— Кто? — поворачивается Федор.

— Он. Никодим … Его голос …

— Отлично, — подмигивает Громобой. — Сам пришел. А я уж думал ехать придется.

Завороженно смотрю на злую улыбку Миши. Никогда его таким не видела. Я такого не знаю. Он преображается на глазах, мускулы резко ткань натягивают. Юматов спокоен и выдержан, но я ярко ощущаю бушующий внутренний вулкан. Всего лишь один неосторожный толчок и лава выплеснется, сжигая все вокруг.

— Миш, ты не представляешь кто он, — предостерегаю. — Чудовище.

— Такой сильный? — тщательно проверяет оружие. — Или как?

— Он один не ходит. Там наверняка орда.

Начинаю заикаться от волнения, вспоминая его свиту. Не за себя сейчас опасаюсь, за Мишу. Они что хочешь могут сделать. Растерзать, собаками затравить. Никодим у сектантов царь и бог. Да он и есть живой бог для них.

Нас четверо. Всего четверо. Я тоже не отдамся просто так. Не зря же Федя оружие дал. Сколько будет патронов, все до единого использую. Лишь бы не промахнуться.

Снаружи снова приказывают сдаться без боя. Закусив губу, слушаю, как подробно рассказывают, что нам тут каюк. С тоской смотрю на Юматова. Роднее него у меня никого. Отец отрекся давно. Не к месту в голове кадры с мамой проносятся. Я задурила тогда и все. Отец стал считать меня виновной в смерти матери. Появившейся вовремя Ядвиге осталось лишь разогнать пламя и случилось то, что случилось.

— Орда? Н-ну … — дурашливо тянет с долбанутой задоринкой.

Ведь вижу, как злость в себе разгоняет. Примиряюще беру за руку. А Миша снова подмигивает. Не понимаю. Как реагировать-то? Отмирает Федя.