Книга Майор, спеши меня любить, страница 55 – Хелен Кир

Слушаю беспрекословно.

Начинаем свой путь. Парни коротко переговариваются. Машину потряхивает на ухабах. Юматовы постоянно пытаются связаться с коллегами по работе, но их связь молчит. Позади едет Сергей. И вроде бы все пока нормально, а в душе расцветает гадливое чувство. Гоню от себя, оно настырно не пропадает. Все ширится и растет.

— 351-й, ответь … 351 — й … прием.

Тишина в эфире.

— По ходу что-то случилось у них.

Миша молчит. Падаем все в паузу, липкую и затяжную. Напряжение возрастает. Чувствую, что не так идет, как планировалось, но ничего не спрашиваю. Я слепо доверяю Юматовым. Да и что я могу им ценного посоветовать.

Раздается дикий мат. По звуки какофонии подпрыгиваю так высоко, ногу ударяет тяжелое. Но мне все равно. Прямо перед нами падает огромное дерево. Шум, скрежет по капоту. Разбивается лобовое, кричу в страхе за Мишу, удар на его сторону. Нас обсыпает снегом и осколками острого.

— Яна, закрой голову, ложись на сиденье! — крик Миши.

Сворачиваюсь клубком и в мою сторону со всей дури лупит тяжелое. От удара сваливаюсь на пол, попадаю ребрами на разделитель. Скулю от боли, как больной щенок. Господи, что происходит? В воздухе бахает, будто петарды взрываются, пахнет гарью.

— Ох, сууук!

Стонет брат. Осторожно верчу головой, проверяю себя на счет травм. Глаза не открываю, прежде всего стираю разный сор с лица. Вроде бы все хорошо. Слепо цапаю между сидений. Писк Яны рвет грудь.

— Яна, — зову, пытаясь вывернуться. Машина застряла колесом на какой-то колдоебине, хрипло кашляюще рычит, проворачивая колесо. — Малыш, цела?

— Ребрааа, — плачет.

Ломаю спинку, откидываю. С трудом поддается. Осторожнее надо бы, но тревога за девочку выносит все разумные мысли. Все ходуном, добиваю рукой сиденье, расшатываю, боясь сильнее зацепить Яну. В разбитое окно сыплется снег и хвоя.

— Не шатай машину, — предостерегает Федя. — Хрен знамо, где висим.

— Да понял я! — огрызаясь, схожу с ума. Нечеловечески выворачиваюсь, проверяя Яну. Вижу лишь до пояса. Бледненькая вся, мучительно губу прикусила. Терпит маленькая. — Встать постарайся, пожалуйста, Янусь. Детка, — подбадриваю. — Давай, попробуй пошевелись. Все цело?

Шевелится и тут же назад падает. Мычит от боли. Я зверею и готов на все наплевать лишь бы прорваться на заднее.

— Янка, — вдруг тарабанит Федя, — слушай сюда. Бегом давай. Если твой кабан назад полезет, улетим куда-нибудь.

— Заткнись! — предупреждаю. — Не пугай ее.

Брат отмахивается. Тревожно смотрит по бокам. Я тоже смотрю, пока тишина. Есть же время девчонку вытащить, что он?

— Ян, — оборачивается. — Дышать недолго. Там они, сечешь? Да вставай ты!

— Сученыш, — ругаю его и наплевав на все, лезу за ней. Машина перевешивается и скрежещет. Мы плавно качаемся, я замираю, чтобы амплитуду уменьшить. — Где Абрек? Федь, у тебя зеркало, — ору.

— Да нету! — трет, высматривает. — Провалился куда-то. Мих, оружие надо доставать. Прости, не ее. Нам все тогда. Этого, — показывает на наши пистолеты, — не хватит.

— Знаю. Короче, — принимаю решение, — надо понять, где висим. Я вылезаю.

— Нет! — чеканит брат.

— Нет! — орет Яна.

— Да.

Открываю дверь. В копилку падает еще один не самый умный поступок, но делать нечего. Вытекаю из двери и благо огромная ель, что свалилась на мою сторону прикрывает хорошо. Повезло, сучья выворочены, ползу как по тоннелю. Доползаю до огромного бревна, куда впечатались. Ничего. Просто наехали. Никакого обрыва нет.