Книга Хрустальная ложь, страница 178 – М. Эль

— Если это очередная попытка купить моё расположение, то я… — начала она с привычным сарказмом.

— Мороженое, — перебил он, протягивая ей пакет. — Твоё любимое.

Валерия прищурилась, пытаясь найти подвох, но аромат сладкого мороженого уже щекотал ноздри. Всё равно взяла.

— Не думай, что я тебе за это благодарна, — пробурчала она, но уже раскрывала пакет.

— Даже не надеялся, — ответил он, его усмешка стала шире, и кивнул на пассажирское сиденье. — Садись. У нас Гарри Поттер.

— Ты серьезно? Будешь смотреть со мной?

— С тобой, хоть мелодрамы.

— Терпеть их не могу.

— Я знаю.

Через час она уже сидела у него дома, в уютной, теплой гостиной, босиком, с мягким пледом на плечах и миской мороженого в руках. На огромном экране волшебники орали заклинания, а Виктор лениво листал её календарь-блокнот, который она забыла у него утром на диване.

— Ты реально записываешь всё по часам? — спросил он, усмехаясь, его голос был полон веселья. — Даже когда «позволить себе расслабиться» и «довериться мужчине»?

— Второе я бы не вписала даже под пытками, — отрезала она, ощущая легкий румянец на щеках.

— А зря, — мягко парировал он.

Он потянулся за ложкой, намереваясь зачерпнуть из ее миски, но она хлопнула его по пальцам.

— Свое возьми.

— Но у тебя вкуснее.

— Потому что моё, — прищурилась она, защищая свою миску с детским упрямством.

Виктор посмотрел на неё, и на секунду всё вокруг — экран, мерцающий мягким светом, даже шумный город за окном — потеряло значение.

Её черные волосы были растрёпаны, нос и губы блестели от карамели, глаза — тёплые, живые, без этой стальной холодности, к которой он привык. В них было столько усталости, но и столько света.

Он вдруг понял: вот она, его тишина, его хаос и его покой — всё в одном человеке, собранное в этой хрупкой и сильной женщине.

— Знаешь, — сказал Виктор тихо, его голос был чуть хриплым, — вот ты сидишь, ешь мороженое и споришь со мной, и я понимаю, что мне уже достаточно.

— Достаточно чего? — насторожилась она, привыкшая к подвохам.

— Жизни, — просто сказал он, его взгляд был глубоким и пронзительным. — Мне достаточно того, что ты здесь.

Валерия не ответила — только вздохнула и, не глядя, ткнула его ложкой в бок, пытаясь скрыть смущение.

— Ты невозможный.

— А ты прекрасная, — ответил он, поймав её ложку.

Девушка нахмурилась, отворачиваясь. — Я избалованная мафиозная принцесса. Истеричная, импульсивная, и…

— Идеальная. — добавил Виктор, хитро улыбаясь.

— И… иди к чёрту, Энгель.

— Уже давно там. И, кажется, ты со мной.

Она рассмеялась. Настоящим смехом. Тем, что ломает стены и лечит души, тем, что звучит, когда она полностью забывает о своем образе и просто позволяет себе быть.

И в этом смехе, в этом мороженом, в этом вечере, наполненном волшебством и простым человеческим теплом, заключалось всё, что они искали.

Дверь распахнулась с неожиданным грохотом, нарушая идиллию их уютного вечера.

— Брат! — раздался звонкий, возмущенный голос Селины, в котором смешались тревога и явное раздражение. — Ты в курсе, что Лилит пропала?!

Виктор и Валерия одновременно подняли головы, словно застигнутые врасплох школьники.

На пороге стояла Селина — с телефоном в руке, растрёпанная, с разметавшимися волосами и круглыми от удивления глазами. Она была явно не в себе от переживаний.