Книга Хрустальная ложь, страница 176 – М. Эль

Лилит кивнула, все еще оставаясь невозмутимой. Кажется, в доме Виктора, она и выспалась и смогла нормально поработать. — Разумеется, Ваша честь. — она обратилась к мужчине. — Мистер Дженкинс, вы когда-нибудь участвовали в схемах уклонения от налогов? Или, возможно, вкладывали средства в оффшорные компании, которые не были должным образом задекларированы?

Дженкинс побледнел, его глаза забегали. Он смотрел на Лилит, как на хищника, который загнал его в угол.

— Я… я не понимаю, о чём вы говорите.

— О нет, мистер Дженкинс, вы прекрасно понимаете. Моя команда провела небольшое расследование. И выяснила, что вы были под следствием за подобные нарушения ещё в 2032 году. Зачем вам было рисковать своей репутацией и свободой ради угрозы "проблемами"? Не потому ли, что миссис Стерлинг раскрыла ваши собственные, куда более серьёзные махинации, и вы решили использовать ее как щит?

Дженкинс замолчал, его лицо стало пепельным. На задних рядах послышался шепот. Лилит вернулась к столу, оставив его дрожать на трибуне. Один точный удар.

— Мой клиент — не святой. Но она и не преступница. Она жертва обстоятельств, жертва чужих интриг. И задача этого суда — не найти удобного виновного, а найти правду. Я прошу вас, уважаемые присяжные, помнить об этом. Помнить о презумпции невиновности. Помнить, что за каждым делом стоит чья-то жизнь, чья-то семья. И лишь вы в силах дать ему шанс на честное будущее.

Девушка закончила, медленно опустилась на своё место, чувствуя, как напряжение отпускает её тело. Голова гудела. Она закрыла глаза на мгновение, вдыхая запах старой бумаги и полированного дерева.

В голове пронеслось: "Или потому что наконец встретил равную себе". Слова Луизы.

"Ma reine du chaos". Слова Виктора.

На секунду она позволила себе быть не Лилит Рихтер, грозным адвокатом, а просто Валерией, которая только что отчаянно боролась за чью-то жизнь.

И вдруг ей показалось, что она почувствовала запах розы.

После нескольких часов мучительного ожидания в совещательной комнате, наполненной давящей тишиной, присяжные вернулись. Зал суда вновь наполнился напряжением. Каждый звук — скрип двери, шорох шагов присяжных — отдавался эхом в сердце Лилит. Она села прямо, взгляд сфокусирован на представителе жюри. Рядом с ней сидел мистер Стерлинг, бледный, с дрожащими руками, его надежда и страх были почти осязаемы.

— Присяжные достигли вердикта?

Представитель жюри кивнул. — Да, Ваша честь.

— По делу об обвинении миссисс Элизабет Антуанет Стерлинг по всем пунктам. Как вы голосуете?

В зале повисла абсолютная тишина. Можно было услышать, как бешено стучит её собственное сердце.

— Мы находим подсудимую, Элизабет Антуанет Стерлинг… невиновной.

Единый вздох облегчения пронёсся по стороне защиты. Миссис Стерлинг рухнула на стул, прикрыв лицо руками, ее плечи затряслись от беззвучных рыданий. Лилит почувствовала знакомый прилив адреналина, радости от победы, от того, что справедливость восторжествовала. Её внутренний хищник ликовал. Она обернулась к Стерлинг, в её глазах была гордость и облегчение.

После того, как судья официально объявил решение и зал начал опустошаться, женщина подбежала к ней. Она была вне себя от радости, её го глаза были влажными от слёз.

— Мисс Рихтер, я… я не знаю, как вас благодарить!