Книга Хрустальная ложь, страница 174 – М. Эль

Виктор усмехнулся, стряхнул пепел в пепельницу, которая уже стояла на подоконнике, и подошёл ближе.

— Тогда сегодня я не буду деловым. Хоть раз.

— Как благородно, — фыркнула она, потянулась за телефоном и взглянула на экран. Глаза ее расширились. — Господи… уже девять.

— И что? — Он невозмутимо пожал плечами.

— И что?! — она резко села, волосы растрепались, глаза широко раскрылись, в них вновь вернулся привычный огонь. — У меня через сорок минут совещание в суде! Важное!

— Отмени.

— Ты с ума сошёл? — Это было немыслимо для нее. — Единственная причина не выйти на работу, которая тебе нравится — это смерть.

— О, гены Андрес так и бурлят.

Валерия вскочила, забегала по комнате, собирая волосы в пучок, выискивая туфли и телефон, которые мужчина ей привез, зная наперед, что девчонка ускачет на работу, едва проснувшись. Виктор наблюдал за этой бурей, не вмешиваясь, только ухмылялся — с тем самым дьявольским видом, от которого у неё хотелось швырнуть в него чем-нибудь тяжёлым.

— Ты невозможный человек, Энгель, — пробормотала она, лихорадочно застёгивая пуговицы его рубашки, которая была ей слишком велика, и накидывая пиджак. — Ты вообще когда-нибудь видел календарь?

— Да, но мне больше нравится смотреть на тебя, когда ты так злишься, — его голос был мягким и дразнящим.

— Ещё одно слово — и я…

Она замолчала, заметив календарь, прикрепленный скотчем к ее блокноту, который она притащила из дома. 1 ноября. По ее детской традиции сегодня начинался марафон Гарри Поттера. Они все детство с семьей смотрели его, каждый год, как ритуал. На ее лице мелькнуло удивление, затем ностальгия.

Она моргнула, потом рассмеялась — впервые за утро по-настоящему, звонко и искренне.

— Ты что, предлагаешь мне смотреть кино, когда у меня заседание?

— Я предлагаю тебе выходной, Ma chérie, — он сказал это мягко, с чуть заметным французским акцентом, который всегда сбивал ее с толку.

— Что? Ма что?

— Ma chérie, — повторил он, его глаза искрились весельем.

— Так и знала, — буркнула она, но без злости. — Опять обзываешься на иностранных языках. Ты сволочь, я знаю только немецкий, итальянский, русский и английский. А ты пользуешься тем, что я не знаю французского.

Он рассмеялся:

— Перевод, если тебе угодно, моя госпожа: "женщина, которая сводит меня с ума".

— Ах вот как, — она прищурилась, ее глаза цвета мёда вспыхнули. — Тогда, ма… что-то там, я всё равно пойду на работу.

Девушка накинула плащ, подошла к зеркалу, быстрым движением поправила воротник, придавая себе боевой вид.

Виктор стоял рядом, облокотившись о дверной косяк, и выглядел так, будто собирался сказать что-то серьёзное, но передумал, решив дать ей пространство.

— Я заеду за тобой вечером, — просто сказал он, его голос был уверенным, не допускающим возражений.

Она остановилась, обернулась, приподняла бровь.

— Попробуй, я еще к тебе не переехала. — вызов в ее голосе был очевиден, но в нем проскользнула и нотка азарта.

— Обещаешь, что не выстрелишь?

— Не обещаю, — ответила она с тем же тоном, но на ее губах играла лёгкая, едва заметная улыбка.

Валерия вышла, щёлкнула каблуками по полу, и дверь за ней мягко закрылась, оставляя его одного.

— Еще. — повторил мужчина.

Виктор остался стоять в дверях. Несколько секунд слушал тишину, которая казалась необычно громкой, потом выдохнул и усмехнулся: