Книга Паутина, страница 121 – Весела Костадинова

От этого осознания внутри будто что-то резко оборвалось.

Пока я спала, кто-то заходил сюда, принес кофе и плед.

Замерла, чувствуя, как холодок пробежался по позвоночнику.

Сердце заколотилось быстрее, в голове вспыхнула страшная догадка, от которой меня тут же кинуло в озноб. Паника с новой силой захлестнула грудь, дыхание стало рваным, прерывистым.

Но я заставила себя остановиться. Заставила не поддаваться панике, а сосредоточиться на ощущениях. Прислушалась к своему телу, к каждой клеточке, к каждому сигналу, которое оно могло мне дать.

Кроме боли в лице — там, где вчера ударил Василий — и жжения на запястьях от натёртых верёвкой ссадин, не было ничего. Ни ломоты в мышцах, ни странных следов, ни ощущения, что со мной сделали что-то… ещё.

Я сглотнула, кутаясь в одеяло, стараясь успокоится.

Осторожно опустив босые ноги на теплый, приятный деревянный пол, ощутила легкий сквозняк. Взгляд скользнул по комнате, и я заметила, как на одном из окон занавески едва заметно трепетали от ветра. Именно через это окно доносились приглушенные звуки с улицы.

Старясь ступать почти бесшумно, подошла к окну и чуть приоткрыла занавески, сердце на секунду дернулось от радости — если окно открыто, то можно и сбежать. Но радость угасла так же быстро, как и появилась — на окнах стояли серьезные металлические решетки. Я могла открыть окно нараспашку, но вот пролезь через него точно не смогла бы.

Закрыла глаза, прислонившись спиной к деревянной стене.

Внезапно с улицы до меня долетел потрясающий аромат жарящегося на углях мяса, настолько яркий, настолько аппетитный, что я едва не застонала от неожиданного голода. В животе громко заурчало, рот мгновенно наполнился слюной. Машинально провела языком по губам, поняв, что последний раз ела больше двенадцати часов назад.

Но дело было не только в голоде.

Этот запах был… неправильным. Не то чтобы он не принадлежал этому месту — он не принадлежалмоему миру.

Голова закружилась от воспоминаний.

Август. Тёплый, душный, золотистый.

Папа и мама, бабушка, с охапками свежей зелени, накрывающая на стол. Весёлый смех, звонкие крики. Дашка и Лена, визжащие от восторга, брызгающие друг на друга водой из садового шланга. Запах мяса, дымок, поднимающийся над мангалом.

Да, тогда я ела шашлыки в последний раз — в тот счастливый, беззаботный август, когда всё ещё было просто, когда я жила в мире, где не существовало ни похищений, ни боли, ни страха. Где были только семья, друзья, тёплые вечера и запах дыма от костра.

В Центре питание было строгим, сбалансированным, рационально выверенным. Особенно Ирина тщательно следила за моим рационом, когда я неожиданно начала стремительно набирать вес. Никаких жареных блюд, ничего вредного, никакого лишнего сахара или соли — только полезные, проверенные продукты, которые должны были поддерживать организм в идеальном состоянии.

Осторожно коснулась занавески, на этот раз не только из-за сквозняка, а с намерением разглядеть больше. Приподняла ткань чуть выше и замерла, наблюдая за видом за окном.

Передо мной открылся довольно большой сад, но его состояние сразу бросалось в глаза. Он не был аккуратным, ухоженным, выверенным, как те, что я видела в журналах или фильмах. Напротив — сад выглядел почти диким, запущенным, будто здесь никто не занимался растениями уже долгие годы. Деревья росли хаотично, разбрасывая свои ветви в разных направлениях, кусты разрастались свободно, не ограниченные ни бордюрами, ни чьей-либо заботой. Среди всего этого буйства кое-где проглядывались цветущие клумбы — словно кто-то когда-то пытался привести сад в порядок, но потом просто оставил его на волю природы.