Книга Глубокие воды, страница 88 – Фиона Марухнич

"VIP-зона" встретила нас густым дымом сигарет и тяжёлыми взглядами, словно ощупывающими меня.

Трое мужчин, как из трёх разных миров, застыли в ожидании. Один из них, высокий блондин с аккуратной стрижкой, казался самым обычным. На нём была рубашка поло и джинсы – ничего вызывающего. Но даже его простота не могла скрыть цепкий, насмешливый взгляд, который сейчас, однако, казался серьёзным и сосредоточенным.

Два других… это были какие-то мрачные тени из ночных кошмаров. Массивные фигуры, криминальные лица, испещрёнными шрамами и размытыми татуировками. Наколки зловеще блестели в полумраке, а их взгляды… эти взгляды раздевали меня, словно я была куском мяса на прилавке. Ухмылки кривили их губы, словно они уже знали что-то, чего не знала я.

Адам напрягся. Я почувствовала, как его рука сильнее сжала мою талию, словно он хотел оградить меня от этого места, от этих людей.

— Познакомьтесь, — его голос прозвучал сухо. — Это Ева.

Он обвёл взглядом всех троих, задерживая взгляд на каждом по очереди.

— Ева, это Влад, мой, можно сказать, помощник.

Влад кивнул, не улыбаясь. Его взгляд скользнул по мне оценивающе, но без той отвратительной похоти, которую я видела в глазах остальных.

— А это… — Адам запнулся, и в его голосе проскользнуло еле заметное раздражение. — Марат и Игорь.

Игорь и Марат присвистнули одновременно, и этот звук зазвенел в голове.

— И как давно ты скрывал от нас такую красотку, Адам? — прохрипел Марат, и его взгляд скользнул по моему телу, задерживаясь на каждом изгибе.

Мне стало не по себе. Хотелось спрятаться за спиной Адама, исчезнуть.

— И давно вы вместе? — добавил Игорь, и в его голосе отчётливо прозвучала насмешка.

Я похолодела. Вся эта ситуация казалась какой-то опасной, непредсказуемой. Кто эти люди? И во что я ввязалась?

— Мы… — начала я, но Адам перебил меня.

— Несколько месяцев, — его голос был твёрдым, уверенным. — У нас всё серьёзно.

Я была ошеломлена. "Серьёзно"? После всего, что произошло? Но тут же вспомнила о "роли", которую должна играть.

— А чего же раз всё серьёзно, она сама тусуется в твоём клубе, и ты даже не знаешь об этом? — спросил Марат или Игорь, я толком и не запомнила кто именно, но его слова отрезвили меня, в голове промелькнула мысль, что Адам сказал, "играть роль любимой девушки".

Собрав всю свою смелость и актёрское мастерство в кулак, я обвила Адама рукой вокруг талии, прижимаясь к нему и, подняв вторую руку, повернула его лицо к себе, пытаясь вложить всю пылкость и страсть, на которую только была способна, в свои слова:

— Я просто хотела сделать тебе сюрприз, дорогой! Тебе понравилось? — прошептала я.

— Очень, — сухо ответил он, и его зелёные глаза неотрывно следили за мной.

На его лице невозможно было ничего прочитать, но его глаза… глаза говорили сами за себя. В них плескался опасный коктейль из раздражения и… чего-то ещё, чего я не могла понять.

Он смотрел на меня, как на букашку, пойманную в банку, которую хотел прихлопнуть на месте, но почему-то не решался. От этого взгляда по коже побежали мурашки. Я сглотнула, и постаралась натянуть соблазнительную улыбку, чтобы не выдать страх, который начал сковывать меня. Я и правда влипла. Знала ведь, что у Адама грязные делишки, но не представляла, насколько всё серьёзно.