Книга Партизаны, страница 18 – Алистер Маклин

Зарина закусила губу. Михаэль пробовал притворяться, будто нисколько не потрясен, но безуспешно. За плечами у остальных были полтора года жестоких сражений в югославских горах, поэтому – вполне предсказуемо – они не отреагировали никак.

— Правая рука, правая нога, – покачал головой Петерсен. – Серьезная потеря.

— На самом деле только правая ступня – оторвало по щиколотку. Потеря? Слышали про английского пилота-истребителя, лишившегося обеих ног? Он что, требовал себе инвалидную коляску? Он просил, чтобы ему позволили вернуться в кабину своего «спитфайера», и ему это в конце концов удалось. А вы говорите – потеря!

— Я знаю о нем. Многие о нем знают. И как вы заработали эти… хм… пустяковые царапины?

— Это все вероломный Альбион, – весело ответил Карлос. – Мерзостные, отвратительные британцы. Никогда им не доверяйте. Только подумать, что до войны мы с ними были лучшими друзьями – вместе ходили по Адриатике и Ла-Маншу, состязались в Каусе…^[7] ладно, не важно. Мы были в Эгейском море, придерживаясь, как говорят юристы, буквы закона и никому не мешая. Рассвет, густой туман – и внезапно меньше чем в двух километрах в разрыве тумана появился большой британский военный корабль.

Карлос сделал паузу – возможно, для пущего эффекта.

— Насколько мне известно, – спокойно произнес Петерсен, – британцы никогда не рисковали своими крупными боевыми кораблями к северу от Крита.

— Величину, как и красоту, каждый видит по-своему. Конечно, это был небольшой фрегат, но нам, как вы понимаете, он показался линкором. Мы не были готовы к встрече с ними, зато были готовы они и уже нацелили на нас пушки. Не наша вина – у нас на наблюдательных постах стояли четверо, не считая меня, но у них наверняка имелся радар, а у нас – нет. Первые два снаряда взорвались в воде всего в нескольких метрах от нашего левого борта, и, должен сказать, нашему корпусу пришлось худо. Еще два легких снаряда, где-то по килограмму каждый – британцы их называют «пом-пом», – оказались точнее. Один пробил машинное отделение и вывел из строя двигатель – он, к сожалению, до сих пор не работает, но мы можем обойтись без него, – а другой попал в рулевую рубку.

— Кило взрывчатки в замкнутом пространстве – приятного мало, – заметил Петерсен. – С вами был кто-то еще?

— Да, двое, но они оказались не такими везучими. А потом мы вошли в полосу тумана. – Карлос пожал плечами. – Собственно, все. Дело прошлое.

В дверь постучали, и вошел совсем молодой матрос. Вытянувшись в струну, он отдал честь и отбарабанил:

— Капитан, по вашему приказанию прибыл!

— Прекрасно. У нас гости, Пьетро. Они устали и мучаются от жажды.

— Так точно! – Парень отдал честь и вышел.

— И что вы там говорили о дисциплине? – спросил Петерсен.

— Погодите, он с нами всего лишь месяц, – улыбнулся Карлос.

— Сбежал из школы? – озадаченно поинтересовался Джордже.

— Он старше, чем выглядит. Ну… где-то месяца на три.

— До чего же разновозрастная компания у вас на борту, – заметил Петерсен. – Тот, старший Пьетро, – ему явно за семьдесят.

— Ему намного за семьдесят, – рассмеялся Карлос. Похоже, мир для него был источником неиссякаемого веселья. – Да, компания та еще. Так называемый капитан с двумя действующими конечностями из четырех. Безбородый юнец. Престарелый пенсионер. Погодите, вы еще остальных не видели.