Книга Партизаны, страница 17 – Алистер Маклин

В том, что это торпедный катер, сомнений не возникало. Возраст его, однако, определить было сложно. Ясно было одно – он побывал во многих сражениях, понеся серьезные, хотя и не смертельные, повреждения как в частях корпуса, так и надстроек. Ремонтировать его не пытались, никто не счел нужным хотя бы закрасить многочисленные вмятины и шрамы, испещрявшие борт. Торпед на катере не было, по причине отсутствия самих торпедных установок, их с него сняли, как и направляющие для глубинных бомб. Единственным вооружением, если его можно было назвать этим словом, оставалась пара одноствольных орудий, одно – впереди мостика, другое – на корме. Они подозрительно напоминали пулемет «гочкис», самое ненадежное оружие, которое когда-либо по ошибке попадало на флот.

На пристани, возле трапа катера, стоял высокий мужчина в форме, смутно напоминавшей флотскую, во флотской фуражке без кокарды, накрывавшей тенью его лицо, но не сгорбленные плечи и выдающуюся снежно-белую бороду в стиле Буффало Билла^[6]. Он поднял руку, то ли приветствуя подошедшего Петерсена, за которым следовали остальные, то ли отдавал ему честь.

— Добрый вечер. Меня зовут Пьетро. Вы, надо полагать, тот самый майор, которого мы ждем?

— Добрый вечер. Да.

— И четверо спутников, в том числе дама. Прекрасно. Добро пожаловать на борт. Пошлю кого-нибудь за вашим багажом. Пока же капитан желает как можно скорее с вами увидеться.

Они последовали за Пьетро вниз, в помещение, которое могло быть капитанской каютой, штурманской рубкой или офицерской кают-компанией, да, наверное, и было ими одновременно – с пространством на торпедных катерах всегда дефицит. Капитан сидел за столом и что-то писал, а когда вошел Пьетро, даже не удосужившись постучать, развернулся кругом в надежно привинченном к палубе вращающемся кресле.

— Последние гости, Карлос, – сказал Пьетро, останавливаясь рядом. – Майор и четверо его друзей, о которых нам говорили.

— Заходите, заходите. Спасибо, Пьетро. Пришли сюда того юного бандита, ладно?

— Когда он закончит грузить багаж?

— Так точно.

Пьетро вышел. Капитан был молод и широкоплеч, с густыми вьющимися черными волосами, сильно загорелый, с белоснежными зубами, теплой улыбкой и столь же теплым взглядом карих глаз.

— Я лейтенант Джанкарло Тремино, – сказал он. – Зовите меня Карлос. Почти все меня так зовут. Во флоте не осталось никакой дисциплины. – Он покачал головой, показывая на свой белый свитер с высоким воротником и серые фланелевые штаны. – К чему носить форму? Всем и так все равно. – Он протянул Петерсену левую руку. – Добро пожаловать, майор. Не могу предложить вам удобств, как на «Куин Мэри» – в смысле, как в мирное время, – но у нас есть несколько небольших кают, умывальник и туалет, полно вина, и я могу гарантировать вам безопасную доставку в Плоче. Гарантировать – потому, что мы множество раз ходили к Далматинскому побережью и пока что не потонули. Естественно, все когда-нибудь случается в первый раз, но я предпочитаю думать о чем-нибудь более приятном.

— Вы весьма любезны, – ответил Петерсен. – Раз уж решили обращаться друг к другу по имени, то меня зовут Петр.

Он представил остальную четверку, каждого по имени. Карлос с улыбкой пожал всем руки, но даже не попытался встать.

— Прошу прощения, что встречаю вас сидя, – быстро объяснил он свое отсутствие хороших манер. – Думаете, я настолько невежлив и так ленив, что лишний раз с места не встану? – Капитан поднял правую руку, и все увидели затянутую в перчатку кисть. Затем он наклонился, постучал правой рукой по правой ноге, примерно между коленом и щиколоткой. Отчетливый звук удара металла о металл заставил всех вздрогнуть. Выпрямившись, он постучал кончиками пальцев левой руки по тыльной стороне перчатки на правой. Раздавшийся звук точно так же не вызывал сомнений, хотя и был иным – теперь уже плоть соприкасалась с металлом. – К этим металлическим штукам привыкаешь не сразу, – словно извиняясь, произнес Карлос. – Лишние движения – вообще, любые движения – это сплошь неудобства, а кому нравятся неудобства? Увы, я не самый доблестный из римлян.