Книга Вернуть истинную, страница 26 – Сандра Лав

— Ты знал?! — крик Хьюго обрушился на Захария, как удар грома, полный ярости и предательства. Я дёрнулась, испуганно вздрогнув, видя, как

Захарий выругался сквозь зубы, но выдержал взгляд Хьюго, не отводя глаз, хотя в них читалось нечто вроде вызова.

— Знал, и что ты мне сделаешь? — тон Захария был вызывающим, но в нём слышались нотки усталости, отчаяния.

В этот момент Глинда поспешила ко мне, её лицо было полно тревоги.

Она придерживала меня, когда я уже не могла стоять на ногах из-за невыносимой слабости. Моё тело дрожало, голова кружилась.

— Девочка моя, — прошептала она, её руки нежно обхватили меня, и я схватилась за неё, словно за спасительный круг, ощущая себя беспомощной, жалкой букашкой перед ним, перед Хьюго, чья ярость казалась безграничной.

— Ты знал, что у меня родился ребёнок и молчал?! Хьюго повторил свой вопрос, и в его голосе звучала не только ярость, но и глубокая, жгучая обида.

И тут к Хьюго вышел незнакомый мне мужчина, его фигура была крепкой, а взгляд — цепким.

Я сглотнула, наблюдая за тем, как он посмотрел на моего сына, на Ника, который был у него на руках.

Доля удивления появилась в его глазах, а затем он перевёл взгляд на меня, оценивающе, проницательно.

— Так нужно было, Хьюго, — резкий гортанный рык раздался от Захария, но Хьюго, казалось, не слушал.

Я не могу это выдержать, эту волну его гнева, его страданий.

Ведь я знала, предвидела, что у него будет именно такая реакция, что его боль будет так сильна.

— Решил поиграться со мной, насолить мне, — продолжал он вымещать свой гнев на Захарие, его голос был пропитан ядом.

Я с сожалением смотрела на Захария, ощущая себя такой виноватой, такой ничтожной.

Ведь как же они твердили мне, умоляли рассказать про сына, но я не могла, не смела, боясь за его безопасность.

— Я попросила его молчать, — выдохнула я, наконец найдя в себе силы признаться, взять вину на себя.

В ту же секунду спина Хьюго напряглась, его плечи стали ещё шире, ещё жестче.

Я же понимала, что не готова, просто не готова смотреть на него и видеть этот испепеляющий гнев из его глаз, который, казалось, мог сжечь меня дотла.

Хьюго

Ребёнок. У меня есть сын. Эта мысль жгла меня изнутри. Я, чёрт возьми, не ожидал этого. Не ожидал, что такое возможно.

Злость, жгучая, испепеляющая злость на мышку за то, что скрыла, за то, что даже не сообщила об этом, разрывала меня на части. Как она посмела?!

Я медленно взглянул на сына, который, несмотря на всю суматоху, теперь пристально и с неподдельным интересом смотрел на меня.

Мои черты. Сразу вижу, как в нём отражаются мои черты – форма носа, изгиб подбородка. А глаза, эти глаза её. Мэди. Такие же глубокие, такие же красивые, такие же проницательные, как и у неё.

Эта маленькая деталь, этот факт, что в его глазах я вижу её, ударил меня с новой силой.

Я зажмурился, часто, прерывисто дышу, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Эта новость не просто добила – она разнесла меня вдребезги, перевернула всю мою жизнь.

Её голос. Я вздрогнул, словно от удара, когда она сказала, что просила молчать. Намеренно.

Значит, не хотела, чтобы я знал, что у меня есть ребёнок, что родила от меня. Зловещая усмешка, полная горечи и ярости, исказила моё лицо, когда я взглянул на Логана, который поджимал губы.