Книга Вернуть истинную, страница 146 – Сандра Лав

— Ты моя, наши глаза встретились, и в их глубине плескалось одно и то же волнение, предвкушение, страх потерять. Она сглотнула, её взгляд, полный неверия и обожания, не отрывался от моего лица. Как же она смотрит на меня, словно видит впервые.

Я взял её удобнее, под бёдра, наши лица оказались на одном уровне. Мышка слабо улыбнулась, и тут же сама обняла меня, прижимаясь крепче, словно искала защиты, словно боится снова оказаться одной.

Несколько минут мы просто стояли так, не в силах отстраниться, потерянные в этом моменте. Я никогда не думал, что любовь может быть такой.

Такой всепоглощающей, такой сильной. Я не мог разжать её, не хотел отпускать. В этот момент существовали только мы двое, и весь мир мог подождать.

Наконец, она немного отстранилась. Её ладони осторожно взяли моё лицо. Я завороженно наблюдаю за ней, как она стала проводить пальцами по моим щекам, губам, подбородку, словно пытаясь убедиться, что со мной всё хорошо, что я действительно здесь.

Я затаил дыхание, видя с каким трепетом она это делает, как она кусает свои губы, пытаясь сдержать эмоции.

Затем она прижалась ко мне, оставляя долгий, нежный поцелуй на моей щеке. Я закрыл глаза, сжимая её ещё сильнее, ощущая тепло её губ на своей коже.

Она изучает меня, и только сейчас я чувствую себя полностью открытым перед ней, только сейчас она могла видеть меня таким, какой я есть, без масок и без защиты.

— Ты спас меня вновь, прошептала она, и я отрицательно покачал головой.

— Это ты спасла меня, мышонок, хрипло произнёс я, откидывая её волосы назад. А затем припал к её шее, оставляя там дорожки поцелуев.

Я вижу, как по её телу пробежали мурашки, как она тихонько вздрагивает от моих прикосновений. Моя рука зарылась в её волосы, мягко оттягивая их. Я хочу запомнить это чувство, это прикосновение, этот момент, когда мы вновь обрели друг друга.

— Ты принадлежишь мне, мышонок, произнёс я, мои губы уже касались её. В моём голосе звучала уверенность, решимость, и немного отчаяния от потери целого года.

Я нежно поцеловал её в лоб, затем в кончик носа, и только потом, медленно, мои губы встретились с её.

Я целовал её лицо, наслаждаясь каждой её черточкой, каждым её вздохом, каждым её испуганным, но желанным движением.

Мышка позволяет, её глаза закрылись, она дрожит ещё сильнее, но в её дрожи уже не было страха, а было нетерпение, предвкушение. Я сжал её талию, прижимая к своей груди, чувствуя, как бьётся её сердце в унисон с моим.

— Ты дрожишь, прошептал я, мой голос сорвался на хриплый шёпот.

— Из-за тебя… — услышал я её ответ, такой тихий, что едва можно было расслышать.Я усмехнулся, наклоняясь к её уху, обдавая его своим горячим дыханием.

В этот момент я не думал ни о чём, кроме неё. Я впился в её губы, не спрашивая разрешения, потому что знал – оно мне не нужно.

Наше притяжение было сильнее любых правил, сильнее любой гордости.

Мышка тихонько вздохнула, отвечая на мой напор. Мой напор был неумолим, я неистово целовал её, словно пытаясь наверстать упущенное.

Целый год я потерял из-за своей гордости, из-за своего упрямства. Я сам виноват. Не хотел признавать то, что было очевидно с самого начала. Какой же я был дурак.Злость на себя захлестнула меня.

Я прижал её к стене, прижимаясь всем телом, желая почувствовать её, ощутить её всю, наконец насытиться ею. Тогда всё было слишком быстро, я не дал себе времени, не признал своих чувств. А сейчас, сейчас я хочу её всю, без остатка. Хочу раствориться в ней, чтобы больше никогда не потерять.