Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 363 – Дэн Симмонс

— Эс-Эм-Э, – по буквам произнес Гонзага, имея в виду судебную медицинскую экспертизу, которая сможет установить время смерти с точностью до пары часов. Значит, майор не хочет, чтобы Кинг умерла за сутки до своей гипотетической ссоры с Курцем. Они должны умереть одновременно.

— Ага, – согласился Курц.

— Как романтично, – заметила Анжелина. – Прямо современные Ромео и Джульетта.

Курц проигнорировал ее шутку.

— Вы сможете найти врача и минимальный запас медицинского оборудования? – спросил он у Малыша Дока. – Жгут, бинт, пластырь, тампоны, капельница и морфий. И врач.

Здоровяк кашлянул, прикрыв рот кулаком.

— Это значит «да»? – уточнил Курц.

— Значит «да», – подтвердил Малыш Док Скржипчик. – С оттенком иронии судьбы. Единственный врач, имеющийся в моем распоряжении, который рискнет с нами отправиться и будет держать язык за зубами, – йеменец, как и наш приятель Ясеин Гоба. Вы согласны, мистер Курц?

— Да, согласен, – ответил Курц. И подумал: «Что за дрянь».

— Тогда до встречи в полночь, у мистера Гонзаги, – сказал Малыш Док, едва заметно кивнув Гонзаге и Анжелине. Потом он вышел из офиса и начал спускаться по лестнице.

— А кто такой Ясеин Гоба? – поинтересовалась Анжелина.

Курц покачал головой и тут же вздрогнул от боли. Никак не привыкну, подумал он.

— Это не имеет значения, – проговорил он не без труда.

— Значит, в полночь, – после паузы сказал Тома Гонзага и пошел вниз по лестнице, к своим телохранителям. Анжелина задержалась в офисе, ожидая, пока Курц погасит свет.

— Ты хочешь что-нибудь выпить? – спросил он.

— Поехали ко мне, – мягко предложила она. – На тебе живого места нет.

— Что значит «поехали ко мне»? Ты снова затащишь меня куда-нибудь под дулом пистолета?

— Брось, Джо. Ты действительно ужасно выглядишь. Когда ты в последний раз ел?

— В ланч, – ответил Курц. Он не мог вспомнить, что ел тогда вместе с Риджби. Зато хорошо помнил, как его тошнило рядом с «Пинто». А шериф и его помощник смотрели и смеялись.

— У тебя дома есть что пожрать? – спросила Анжелина.

— Разумеется, у меня дома есть еда, – ответил Курц и подумал, что стоило остановиться в «Тэд Хот-догс» или где-то еще по дороге в «Арбор Инн» и что-нибудь перехватить.

— Врун. Поехали ко мне, в «Марина Тауэрс». Я сделаю стейки. У меня есть хороший домашний гриль, так что можно запечь их на решетке.

У Курца подвело живот. Вернее, у него уже давно подвело живот, но он просто не обращал на это внимание. Хватало и других болезненных ощущений.

— Мне нужно съездить домой переодеться.

— У меня в пентхаусе есть одежда твоего размера. Ты можешь залезть в душ, побриться и почистить зубы, пока я буду готовить стейки.

Курц молча посмотрел на дочь дона. Которая сама теперь дон. Он не стал спрашивать, откуда в ее шкафу мужская одежда его размера. Не его дело.

— Спасибо, нет, – отказался он. – У меня есть еще другие дела…

— Тебе надо поесть и поспать пару часов, прежде чем мы отправимся, – сказала Анжелина. – В нынешнем состоянии ты будешь обузой, а не помощником. Поешь, поспи, а потом я дам тебе таблетки, которые на пару часов поднимут твой тонус так, как тебе и не снилось.

— Не сомневаюсь, – отозвался Курц.

Он пошел следом за ней и закрыл за собой дверь. Ветер на улице стих, и дождь ослаб, превратившись в мелкую морось. Курц посмотрел вверх, чтобы прикинуть, насколько плотен слой облаков. Малыш Док сказал, что это очень важно. Но горевшие на Чипьюа неоновые вывески не давали рассмотреть небо.