Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 366 – Дэн Симмонс

Арлин начала выбирать место на стоянке. Охранникам торгового центра незачем видеть, что она сидит в машине, – а не то пристанут с расспросами. В конце концов она пристроилась у заднего края, рядом с мусорными контейнерами, между двух старых машин, которые, судя по всему, поставили здесь на всю ночь. Она уселась поудобнее, открыла окно и прикурила «Мальборо».

Примерно минут через двадцать, около одиннадцати вечера, на стоянку въехал минивэн. Сделав один круг, он остановился рядом с четырьмя машинами сотрудников магазина, неподалеку от входа в безлюдный торговый центр. Арлин сползла пониже, чтобы ее не было видно. Машина встала очень удобно, и она взяла бинокль, чтобы рассмотреть ее из окна своего «Бьюика».

Это была машина фирмы, занимающейся уничтожением насекомых. На ее борту красовался мультяшный длинноносый таракан, корчащийся и задыхающийся в облаке пестицида. Водитель еще не вышел. Его лицо оказалось в тени, но Арлин настроила бинокль и следила за его силуэтом. Ненадолго он вытянулся вперед, поверх рулевого колеса, чтобы посмотреть на вход в торговый центр, и свет от вывески попал на его лицо.

На мгновение Арлин показалось, что оно покрыто татуировками или какими-то белыми линиями и завитками, но потом она поняла, что это шрамы от ожогов. На его голове была бейсболка, однако козырек не скрыл глаз, оранжево светившихся в сиянии натриевых ламп. Как у кота.

Арлин ошеломленно сидела, не шевелясь и не отрывая от глаз бинокля. Обожженное лицо мужчины неожиданно повернулось к ней, быстро и плавно, как голова филина. Теперь он смотрел прямо на нее.

Курц не очень-то понимал, зачем согласился поехать вместе с Анжелиной Фарино Феррара к ней домой, в пентхаус «Марина Тауэрс».

Он сказал себе, что, скорее всего, в течение следующей пары часов детектив Пол Кемпер начнет охотиться за ним, зная, что Риджби Кинг утром встретилась с Курцем, а теперь запропастилась черт знает куда.

Потом он сказал себе, что, если он действительно хочет, чтобы Анжелина согласилась выполнить его просьбу, которую он только что высказал, не стоит оскорблять ее. От ее решения может зависеть его жизнь.

Потом он сказал себе, что проголодался.

В конце концов он признался сам себе, что сидит по уши в дерьме.

Ужин был просто фантастическим. Идеально поджаренные стейки – такие редко увидишь, свежий салат с горчичной приправой, жареная картошка, обжаренные бобы и ледяная вода в высоких стаканах. Курца даже не затошнило, как это обычно происходило с ним от любой еды после произошедшего в среду.

Анжелина настояла на своем, а Курц был не в силах сопротивляться. Он сходил в душ, побрился, влез в чистую одежду и почистил зубы перед едой. Жесткий горячий душ в огромной ванной со стеклянными стенами, примыкающей к комнате для гостей, заставил все раны заболеть еще сильнее. Он был снабжен минимум тремя насадками, дающими струи воды с разных направлений. Несмотря на боль, Курц чуть не уснул, стоя в душе. Выйдя наружу голышом, он увидел, что его грязное тряпье куда-то подевалось, а вместо него на кровати лежит новая одежда. Дорогая черная водолазка из шелка, которая казалась невесомой, черные мягкие твидовые брюки, будто сшитые на него, с новеньким ремнем, чистые носки и новые ботинки «Мефисто» его размера. Кроме того, на кровати оказалась черная ветровка с капюшоном и без утеплителя. Когда Курц попробовал ее надеть, он обнаружил, что одежда сделана из особой ткани, не шуршащей и не трещащей, как это обычно делают нейлоновые куртки. Через пару часов это ее свойство будет особенно важным.