Книга Чай для господина Ли, страница 66 – Е. Лань

Это была крыса. Огромная, серая, с лысым хвостом. Она деловито обнюхала мои туфли и уселасьв углу, умываясь.

— Привет, — сказала я ей. — Ты шпионка или просто голодная?

Крыса пискнула.

И тут я заметила, что к её лапе привязана нитка.

Я замерла. Осторожно протянула руку. Крыса не убежала, она была ручной.

Я отвязала нитку. На ней был крошечный свиток папиросной бумаги.

Я развернула его. Почерк был корявым, детским.

«Госпожа! Мы с Мо Тином на свободе. Мы знаем, где прячется аптекарь. Мы его достанем. Не сдавайтесь. P.S. Сяо Лань передает, что продала сегодня 300 стаканов, несмотря на слухи. Народ за нас».

Я рассмеялась, прижимая записку к груди. Сяо Лань, Мо Тин. Моя маленькая армия. Они не бросили меня. Они используют дрессированных крыс (я вспомнила, как Сяо Лань хвасталась своим умением приручать живность), чтобы связаться со мной.

Я достала из бокса, оставленного Ван Юем, кусочек рисового печенья и протянула крысе.

— Ешь, маленький почтальон, ты заслужила.

Теперь у меня была полная картина.

Ван Юй работает "сверху", давя авторитетом. Сяо Лань и Мо Тин работают "снизу", добывая улики. А я... я должна выжить до суда и устроить там шоу, которое Империя не забудет.

Я легла на голый пол, подложив под голову руку. Холод камня больше не пугал.

Матушка Чжао хотела отравить меня. Но она забыла главное правило чайного мастера: яд в малых дозах — это лекарство. Она закалила меня.

Завтра будет суд. И я заварю им такой чай, от которого они не смогут отказаться. Чай Истины.

[Квест «Побег из Черной Башни» обновлен.] [Цель: Выиграть суд.] [Дополнительная цель: Создать Картель.] [Вероятность успеха: 15 % — 60 %.]

Шестьдесят процентов. Это больше, чем у любого стартапа в первый год. Я закрыла глаза и впервые за двое суток уснула спокойным сном.

Утро казни выдалось серым. Небо над столицей затянуло свинцовыми тучами, словно сама природа отказывалась смотреть на то, что должно было произойти в Зале Лазурного Дракона — высшем судебном органе Империи.

Нас с Ли Цзы Фаном вывели из камер на рассвете. На мне были тяжелые кандалы, натиравшие запястья до крови, но я шла с прямой спиной. Мое платье было мятым, волосы — лишь слегка причесаны пальцами, но в глазах горел огонь, который не могли погасить сырые стены темницы.

Ли Цзы Фан выглядел хуже. Его лицо осунулось, под глазами залегли черные тени, но когда он увидел меня в коридоре, он улыбнулся. Это была улыбка человека, который готов умереть, но не готов сдаться.

— Ты как? — спросил он хрипло, пока стражники толкали нас к выходу.

— Готова устроить шоу, — шепнула я. — А ты?

— Я готов убить любого, кто косо на тебя посмотрит.

Нас посадили в закрытую повозку. Путь до суда был коротким, но казался бесконечным. Толпа на улицах гудела. «Отравительница», «Ведьма», «Убийца Цензора» — эти слова долетали до меня сквозь деревянные стены. Матушка Чжао хорошо поработала над общественным мнением.

Зал Суда был огромным. Высокие своды терялись в полумраке. В центре возвышался подиум Судьи, задрапированный красным шелком. По бокам сидели писцы и чиновники.

А за ограждением бесновалась толпа. Зрители. Суд был открытым, чтобы показать «справедливость» Империи.

В первом ряду сидела Матушка Чжао. В траурных белых одеждах, с заплаканным лицом, которое она то и дело промокала платочком. Рядом с ней — Ли Вэймин, изображающий скорбь вселенского масштаба. И, чуть в стороне, Чэнь Юй. Она смотрела на меня с торжествующей ухмылкой, скрытой за веером.