Книга Чай для господина Ли, страница 57 – Е. Лань

— Получилось... — прошептала я, чувствуя, как ноги становятся ватными. — Оно работает.

Ли Цзы Фан не сказал ни слова. Он просто подхватил меня на руки и закружил. Прямо там, на краю обрыва, на глазах у всех.

— Ты безумная ведьма, Вэй Сяо Нин! — смеялся он, и его смех перекрывал шум воды. — Ты спасла нас!

Я смеялась вместе с ним, цепляясь за его плечи. В этот момент я чувствовала себя всемогущей. Я победила природу, победила засуху.

Вечером был праздник. Конечно, не такой роскошный, как в столице, но куда более искренний. Зарезали двух свиней. Достали запасы вина, те, что не успел выпить управляющий У.

Мы сидели за длинным столом под открытым небом. Рабочие подходили к нам с чарками, кланялись, благодарили. Теперь они смотрели на меня не как на городскую фифу, а как на божество. «Госпожа Вода», шептались они.

Но я устала. Шум праздника начал утомлять.

Я незаметно выскользнула из-за стола и пошла прочь, к верхним террасам. Мне хотелось тишины.

Ночь была теплой, напоенной ароматом влажной земли и оживающих листьев. Луна, полная и огромная, висела над горами, заливая долину серебром. В свете луны вода в каналах блестела как ртуть.

Я села на большой камень, нагретый за день, и закрыла глаза. Миссия выполнена. Отношения с мужем на пике. Бизнес спасен. Можно возвращаться домой? В свой мир? Странно, но эта мысль больше не вызывала радости. Там меня ждали отчеты, пустая квартира и доставка еды в коробках. Здесь...

— Сбежала с собственного триумфа?

Я вздрогнула и обернулась.Ли Цзы Фан. Он стоял в паре шагов, держа в руках два кувшинчика.

— Я не сбежала. Я просто... взяла перерыв.

Он подошел и сел рядом. Протянул мне кувшинчик.

— Это местное вино из сливы. Слабое, но душистое. Попробуй.

Я сделала глоток. Сладко, с кислинкой. Приятно.

Мы сидели молча, глядя на долину.

— Знаешь, — сказал он тихо. — Когда ты сегодня стояла там, на обрыве, и командовала нами... я испугался.

— Испугался? Чего? Что все рухнет?

— Нет. Я испугался, что ты исчезнешь. Что ты действительно небожительница, которая спустилась помочь нам, смертным, а потом улетит обратно на небо. Ты слишком... нездешняя, Сяо Нин.

Он повернулся ко мне. Лунный свет падал на его лицо, делая черты еще более резкими и прекрасными.

— Я не небожительница, Цзы Фан, — я поставила кувшин на траву. — Я земная. Я люблю деньги, вкусную еду и... когда у меня все получается.

— И все?

— И... — я замялась.

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Его пальцы были грубыми, но прикосновение — нежным, почти невесомым.

— Я никогда не верил в любовь, — сказал он, глядя мне в глаза. В его взгляде была тьма, в которой хотелось утонуть. — В нашем кругу брак — это сделка. Дети — наследники. Жена — управляющая домом. Но ты... ты сломала все мои правила. Ты заставила меня пить молоко. Ехать на буйволе. Рубить бамбук.

Он подвинулся ближе.

— Ты стала моим воздухом, Сяо Нин, и я не хочу дышать ничем другим.

Сердце колотилось где-то в горле. Это было не как в романах, где все красиво и постановочно. Это было реально. Запах пота, вина, земли. Шум воды. И мужчина, который смотрел на меня так, словно я — единственная женщина в мире.

— Цзы Фан... — прошептала я.

Он не дал мне договорить, мужчина наклонился и поцеловал меня.

Сначала осторожно, пробуя, словно я могла раствориться. Но когда я ответила, обхватив его за шею и притянув ближе, его сдержанность рухнула. Поцелуй стал жадным, глубоким, собственническим. В нем была вся страсть, которую он скрывал за маской холода. В нем был вкус сливового вина и... чая. Горького, терпкого чая.