Книга Янтарный господин, страница 117 – Елена Ахметова

— Все ждал, когда же ты появишься, — бледно усмехнулся он. — Значит, слухи дошли и до соседнего графства?

Я не стала спрашивать, откуда он узнал, где меня спрятала Старая Морри. В конце концов, наивно было полагать, что янтарный господин Горького Берега до сих пор не выяснил, куда сбежала его сестра с бывшим управляющим — а уж предположить, что новобрачные дадут приют женщине, благодаря которой и решились на побег, смог бы и кто-то куда менее смышленый.

Мне оставалось только развести руками.

— Говорят, что у сэра Тоддрика с Горького Берега родился сын с глазами из зеленого янтаря, и каждый, на кого он взглянет, начинает рассказывать то, о чем собирался молчать до погребального костра, и не может остановиться,пока не облегчит душу, — ответила я, призвав на помощь все свое самообладание. — А пьет младенец не молоко, а человечью кровь. Как думаешь, кормилицы боялись за свои страшные тайны или за свою грудь?

Тоддрик устало потер ладонями лицо.

— Он просто родился зеленоглазым. Это редко, но случается.

— Как и приступы болтливости у всех, кто берет его на руки? — я все-таки не сдержала усмешку — самую чуточку злорадную. — Мой сын — колдун, Тоддрик. Серый Владыка не бросает слов на ветер.

— Мой сын не будет колдуном, — сквозь зубы отозвался Тоддрик. — Ему суждено унаследовать Янтарный замок, и я приложу все усилия, чтобы он вырос достойным этой чести.

Я покачала головой и перехватила метлу, старательно делая вид, что меня вовсе не тянет в главную башню, где — я знала — обиженно плачет крошечный мальчик, которого снова бросили в одиночестве. Скоро к детской придут все, кто слышал его плач, — сами не зная зачем, и будут говорить и говорить, потому что ему нравились человеческие голоса.

Но ему все равно будет чего-то не хватать, и он сам еще нескоро поймет, чего именно.

— Что ж, — я перебросила ногу через метлу, непристойно задрав юбки, — ты знаешь, где меня найти.

Тоддрик с трудом отвел взгляд от ведьминых отметин, мелькнувших между тканью чулков и задранной юбкой. Я нарочно не стала их скрывать, чтобы упрямый рыцарь наконец догадался, что у его сына тоже будут отметины, а спрятать их необученный колдун не сможет. Но Тоддрик все медлил, и я оттолкнулась от земли.

Он передумает. Он слишком умен, чтобы не понимать, что слухи о колдовских способностях мальчика так просто не пресечь, а значит, на самом деле у нас нет выбора.

Этот ребенок слишком важен для нас обоих. Еще рано отчаиваться и паниковать...

Вокруг моей щиколотки сомкнулись жесткие мужские пальцы, и я все-таки запаниковала — позорно взвизгнула и сверзилась с метлы прямо на Тоддрика. От неожиданности он тоже не удержался на ногах, и я плюхнулась сверху.

— Стой, — запоздало сказал Тоддрик и поймал меня за талию, не позволив отползти в сторону.

— Именно это я и пытаюсь сделать! — возмутилась я, но он только крепче сжал руки и уткнулся носом в мои волосы.

Я замерла. От него пахло молоком и чем-то теплым и нежным, от чего у меня защемило в груди и нестерпимо захотелось прижатьсятеснее — кожа к коже.

— Я скучал, — глухо признался Тоддрик, зажмурившись, протяжно выдохнул и стукнулся затылком о припорошенную снегом землю, но удар так и не помог пробудить уснувшую Гордость. Она, по всей видимости, тоже не высыпалась весь месяц. — Это ведь уже не могут быть твои чары, верно? Поначалу я думал, что ты колдуешь над младенцем, чтобы от него бежали все кормилицы и я был вынужден вернуть тебя. Но когда я все-таки приказал начать поиски, оказалось, что ты едва не умерла той ночью. Я... — он осекся и сжал губы.