Книга Янтарный господин, страница 113 – Елена Ахметова

Наверное, никто и не думал бросать его прямо в огонь. Бессмысленная жестокость не прельщала никого. Но колдун, толкнувший незваного гостя, и сам споткнулся о брошенный котелок — и не рассчитал силу.

Цеховой знак блеснул отраженным пламенем — а потом Тоддрик, так и не успев уклониться, влетел в костер. В воздух взвился столп искр, особенно яркий на фоне беззвездного неба, и в воцарившейся тишине стало слышно, как потрескивают поленья и сосредоточенно сопит крошечный безымянный мальчик у меня на груди.

Все произошло так быстро, что осознание накатило на меня с изрядным опозданием, и я дернулась — встать не получилось, зато я с ужасом ощутила, как из меня выскальзывает что-то еще, и едва не уронила ребенка.

Мальчик выпустил грудь и сердито сморщился. Возмущался он пока не слишком громко, но в напряженной тишине его хныканье прозвучало громовым раскатом, на который обернулись все разом, — потому темную фигуру, воздвигшуюся над пламенем, тяжело опираясь на алтарь, первой увидела я.

Не то радостный, не то испуганный возглас застрял у меня в горле.

Тоддрик пошатнулся и упал на землю. Его рука соскользнула с алтаря, оставив длинный красный след.

— Только не дергайся, — опасливо попросила Старая Морри, оставив в покое перевязанную пуповину, и с кряхтением поднялась на ноги.

— Он?.. — я осеклась.

Тоддрик с глухим ругательством поднялся на четвереньки, и толпа колдунов шарахнулась от него, будто он уже начал творить очистительный обряд. На янтарном господине неспешно догорала одежда, но сам он был цел и невредим — разве что измазался в саже...

И разбил бутыль из чистого янтаря. Под алтарем растекалась темная лужица, и вокруг Тоддрика постепенно сплетались невыразительно-серые тени.

Будто кто-то слепил из предгрозовой хмари фигурки коз, кошек и петухов — а теперь вот передумал и решил с ваять из них человекоподобный силуэт. Получалось плохо. Фигура выходила слишком массивной,неуклюжей — и вместе с тем костлявой: выпирали ребра, острые треугольники коленей, толстые ключицы и неестественно рельефные скулы.

Изогнутые рога сплелись из теней последними, но Серого слугу я узнала гораздо раньше, а он узнал меня — и целеустремленно двинулся в мою сторону, даже не оглянувшись на того, чей нечаянный дар призвал его на шабаш.

— Все-таки на что-то ты годишься, ведьма, — прохрипел он с довольной ухмылкой и попытался было переступить через Тоддрика, чтобы подойти ближе.

Янтарный господин, так и не сумевший подняться на ноги после столь внезапного близкого знакомства со стихией-покровителем, примерился и подло пнул Серого слугу в щиколотку. Должно быть, Тоддрик рассчитывал на свой дар, за минувший год усилившийся в разы, но упустил из виду, чьей милостью это произошло.

Серый слуга споткнулся от неожиданности и совсем по-человечески взмахнул руками, чтобы не упасть, — только из-за слишком резкого движения его руки на мгновение расплелись на отдельные тени: когтистые пальцы обернулись птичьими перьями, из левого предплечья попыталась выпрыгнуть полупрозрачная лягушка, из правого — все-таки удрала и тут же растворилась в воздухе серая кошка. А я впервые увидела, как его лицо вытягивается от удивления. Симпатичнее его это не сделало, а мгновение спустя и без того непривлекательные черты искривила гневная гримаса.