Книга Список подозрительных вещей, страница 88 – Дженни Годфри

Артур что-то проворчал, и я заметила, что миссис Эндрюс теребит в руках свою сумочку, явно чувствуя себя неловко. Я наблюдала за ними, и они вдруг переглянулись. В их взглядах была какая-то напряженность, которой я не могла дать названия.

– Пап, мы пойдем. – Миссис Эндрюс подошла к Артуру и поцеловала его в щеку. – До свидания, Джим. До свидания, девочки.

После их отъезда Артур стих, и Джиму потребовалось время, чтобы расшевелить его. У него это отлично получилось, и мы уходили с чувством, что теперь Артур в надежных руках.

– Даже не знаю, подозрительна она или нет, – сказала я, когда мы шли домой. – Думаю, Артуру мистер Эндрюс не нравится, наверное, потому, что он увез ее из дома.

– Гм, может, ты и права… И теперь понятно, почему она грустная. У нее умерла мама.

– И мистер Эндрюс подозрительным не кажется, – сказала я, с улыбкой вспоминая его.

– Согласна. – Я видела, что Шэрон зарделась точно так же, как когда упоминался Иштиак.

– А он очень красив, правда? – не удержавшись, добавила я и непроизвольно хихикнула.

– Очень, – сказала Шэрон, и мы улыбнулись друг другу.

Остальная часть пути была проделана в молчании. Я не представляла, о чем думает Шэрон; сама же я думала о мистере Эндрюсе.

* * *

На следующий день Шэрон сказала, что сразу после школы пойдет домой, так как она для чего-то понадобилась маме. Я же отправилась в библиотеку в одиночестве в надежде, что у миссис Эндрюс будет настроение поговорить. Она стояла за стойкой боком ко мне и штамповала книги с тем же отстраненным лицом, что мы видели на прошлой неделе. Я сомневалась, что она захочет поговорить, но решила идти напролом и приблизилась к стойке. Когда миссис Эндрюс повернулась ко мне анфас, я попятилась. Вся правая сторона ее лица распухла, а под глазом был огромный синяк.

– О нет! Вам больно? – спросила я и тут же покраснела от того, что так явно разглядываю ее.

– Не переживай, – сказала она с улыбкой, которая, кажется, далась ей с трудом. – Я споткнулась, но не успела опереться на руки и упала. Знаю, выглядит ужасно, но все пройдет через несколько дней.

– Вы плакали, когда это случилось? – спросила я.

Миссис Эндрюс огляделась с таким видом, будто собиралась раскрыть мне секрет.

– Да, плакала, только никому не рассказывай. – Она снова попыталась улыбнуться, но вместо улыбки получилась болезненная гримаса. – Ладно, ну а как ты? – спросила она, и я изумленно уставилась на нее. Ни один взрослый никогда не задавал мне этот вопрос, и я не знала, как на него ответить. Ее лицо, несмотря на увечья, смягчилось, пока она смотрела на меня. Я почувствовала, как у меня защипало глаза, а в горле появился комок, только не могла понять почему. – Знаешь, Мив, если тебе захочется поговорить о чем угодно, я всегда здесь, – сказала она очень тихо, почти шепотом.

Затем миссис Эндрюс бросила взгляд на часы на стене позади меня, и ее рука непроизвольно подлетела ко рту.

– Ой, надо заканчивать работу, – сказала она. – Гэри будет ждать.

Уходя, я заметила мистера Эндрюса в машине, припаркованной напротив библиотеки. Окно машины было открыто. Он курил и выдыхал тонкой струйкой дым, который растворялся в облаке, обволакивающем его лицо. Мне стало интересно, вытирал ли он ей слезы, когда она упала, а потом я представила, как он вытирает слезы мне, когда я плачу по ночам, скучая по маме…