Книга Цукумогами. Невидимые беды, страница 60 – Анни Юдзуль

Кёичиро задумчиво почесал голову. По правую руку от Камо вдруг мелькнуло что-то. Кёичиро нахмурился.

– Не уверен. Я ведь почти ничего не помню. – Лицо Камо погрустнело. – Но на самом деле я думаю, что у любого человека есть тайны. Взять, например, Сэншу-сану. Он скрывает так много, что я даже не представляю, как это все помещается в его голове!

– Он всегда таким был, – Камо немного приободрился.

– Ты давно его знаешь?

– Не очень. Тетя нашла его пару месяцев назад.

– Что значит… нашла? – Кёичиро подступил ближе.

Камо заметался, будто ища что-то. Он не говорил с добрую минуту, но после все же сдался:

– Сэншу ведь… тоже предмет. Ты знаешь? Разве он…

Кёичиро охнул. В памяти возникли все его странные шутки, полунамеки и этот невероятный металлический блеск в его волосах. И как он… не догадывался? Даже не подумал о таком варианте. Сэншу действительно выглядел не совсем обычно, все эти его манеры… Ох.

Кёичиро опустился на землю. Камо склонился над ним, с беспокойством заглядывая в лицо:

– Я… не знал, что он не сказал тебе. Извини.

– Нет, ничего, – отмахнулся Кёичиро. – Я должен был понять это сам.

Камо вздохнул и присел рядом. Мимо них неторопливо проехал автомобиль. Краем глаза Кёичиро заметил что-то похожее на крысу между его колесами.

Он зажмурился и потряс головой. Камо сказал:

– От тайн одни проблемы.

Кёичиро перевел на него взгляд, непонимающе хмурясь:

– Камо-чан, о чем ты хочешь мне рассказать?

Это место производило ужасное впечатление. Они прошли не больше тридцати шагов, но скромная серая улица изменилась до неузнаваемости. Вода с крыш и из литников лилась не переставая, стены поросли мхом и украсились ржавчиной, между бетонными плитами образовались трещины. Ручейки петляли под ногами и льнули к домам, прячась в их фундаменте. Влажное белье, развешанное за окнами, совсем не сохло. В проржавевших остовах старых труб Кёичиро чудились огромные мыши с изогнутыми хвостами.

Камо подскочил к покосившимся дверям; высокие зеленые окна встречались с потолком под самой крышей. Кёичиро осторожно смахнул пыль с металлической таблички: «Детский бассейн округа Окутама». Он окинул взглядом, очевидно, давно заброшенное здание. Камо осторожно протиснулся между дверьми и поманил Кёичиро за собой. Вздохнув, тот повиновался.

Они прошли по узкому коридору между раздевалками, миновали обложенный плиткой проход к душевым. Бассейн оказался совсем маленьким, на дне собралась многомесячная грязь вместе с пустыми бумажными стаканами.

Кёичиро остановился у заляпанных металлических перил. Несколько крыс бросились врассыпную, забиваясь под лавки.

– Куда мы идем?

– Тише! – шикнул Камо и крайне осторожно двинулся дальше.

Кёичиро крался за ним. Дальняя дверь, ведущая, очевидно, в какие-то административные помещения, приоткрылась. Оттуда высунула голову какая-то малюсенькая фигура, но ее тотчас же затянули назад. Кёичиро с ужасом поборол порыв сбежать отсюда прочь.

– Не бойтесь, – ласково прошептал Камо, подбираясь поближе к двери.

– Да кто боится-то?

Кёичиро подскочил на месте. С правой стороны в паре метров от него стоял мальчишка в школьной форме, ему едва ли исполнилось четырнадцать лет. Его совсем молодое лицо было исписано слогами, как у Джа, с той лишь разницей, что нарисованы они были, очевидно, карандашом для глаз руками самого юноши, поскольку, увы, зеркально отражали действительность. Прислонившись к стене и прихватив губами трубочку, он тянул из бумажного стакана какую-то жидкость с самым равнодушным видом.