Онлайн книга «Цукумогами. Невидимые беды»
|
– Не делай вид, будто не видел, – Якко встряхнул его за капюшон. – Тебя родители не учили, что врать нехорошо? – Что видел? – в отчаянии проблеял Кёичиро. Якко закатил глаза: – Скажи честно, ты просто обиделся из-за восьми йен? Ну хочешь, я прямо сейчас тебе их отдам? – Что? – Кёичиро замер, наблюдая, как Якко копошится в карманах одной рукой. – Ты… Ты сумасшедший! – Я сумасшедший? – Якко остановился и склонил голову набок. – Кто мне это говорит! Вот это действительно обидно. Совершенно не стоит восьми йен. – Не нужны мне твои йены! – Конечно, ведь я даю тебе гораздо больше. Якко вдруг улыбнулся, и от его улыбки под белыми росчерками грима Кёичиро похолодел. Он медленно повернул голову к стене. Что-то в ней изменилось, но так быстро понять, что именно, ему не удавалось. Разноцветные крылышки насекомых и громкое дыхание Якко сбивали с толку. Кёичиро невольно обнял себя за локти, хаотично скользя взглядом по энтомологической коллекции, силясь заметить, что… Одна из бабочек пропала. Papilio rumanzoviaисчезла. Просто испарилась! Кёичиро сглотнул. Как говорила доктор Тамара-сан? Постарайся переработать свой страх в злость. Да, переработать в злость, вот что ему сейчас нужно! Он взглянул на Якко: в застывшей пружинистой фигуре, будто готовящейся к броску, в безумном оскале и грубых белых пятнах, покрывающих его лицо, ему мерещился не человек и даже не вещь – зверь, ожидающий, когда охотник наконец мелькнет в укрытии. Кёичиро понял вдруг, почему Сэншу так уклончиво говорил о Якко: тот не был тем, кто побеждает в честном бою. Нет! Он был из тех тварей, что не допускали даже боя, поскольку знали – они проиграют. Падальщик. Крохотная ядовитая букашка. Дружеский нож в твоей спине. От этих мыслей Кёичиро затошнило. – Не думал, что ты можешь стать еще белее, – бодро пропел Якко. – Но гляди-ка, настоящая снежная королева! – Перестань, – Кёичиро затравленно сжался. Якко удивленно глянул на него, а затем фыркнул: – Ведешь себя как ребенок. Так и хочется дать тебе конфетку, а потом отобрать. Может, тогда ты хоть что-нибудь поймешь. – Что я должен понять? Якко вскинул брови: – О, многое! Например, что никому не нравятся грубияны. Особенно те, кто плохо ведет себя со старыми друз… Комната пошатнулась. Якко ловко переступил с ноги на ногу, с усилием подтаскивая Кёичиро ближе к себе. «Ха-ха, – говорил его рот, – ха-ха-ха, гляди, как весело!» Кёичиро весело не было. – Что происходит? – Входной билет стоимостью в восемь йен предъявлен! Гляди в оба! Кёичиро беспомощно огляделся. Помещение, в котором они находились, изменилось: стены вытянулись или, если можно так сказать, изогнулись. Или какие там слова используют в страшилках для наведения жути? Якко лишил его последней опоры, крепко дернув за ворот. Задыхаясь, Кёичиро попытался нащупать почву под ногами, но всякий раз, когда ему это удавалось, новый удар, куда сильнее предыдущего, сотрясал дом. Якко ничего не объяснял; хохоча, он тащил Кёичиро ближе к выходу. Наконец он остановился и затолкал Кёичиро за комод, а после и сам юркнул следом, прижимаясь к парню острыми костями. Гул стих. Дом больше не сотрясался. Они немного подождали. – Все кончилось? – не выдержал Кёичиро. Ладонь Якко тут же накрыла его рот. – Тш-ш-ш, – едва слышно прожужжал он. |