Книга Легенда об Эльфийской Погибели, страница 57 – Александра Рау

Ирвин самостоятельно довез меня до ворот Греи; задумавшись, я совсем не следила за дорогой. Только отдав поводья конюху, я ощутила, как чудовищно устала: день был длинным, но из-за массы впечатлений прошел как вспышка, не оставив и мгновения на то, чтобы прислушаться к сигналам измотанного тела.

Еле передвигая ноги и уперев взгляд в пол, я медленно поднималась по лестнице, как вдруг кто-то влетел в мое правое плечо.

– Ваше высочество, – пролепетал советник, спешащий вниз. – Вы не ушиблись?

– Куда же ты так спешишь, Лэндон?

Глаза мужчины коварно сверкнули, и он спрятал руки за спиной, почтительно поклонившись.

– Вам это ни к чему, – сладкоголосо отозвался он. – Доброй ночи, принцесса.

Махнув рукой, я продолжила путь; как бы там ни было, приспешник Минервы не рассказал бы мне о своих планах, даже если бы отправился выпить воды перед сном. Поняв, что из моих уст, скорее, донесется храп, нежели хоть одно связное предложение, я свернула в свои покои.

Уверена, Териат и Кидо смогут подождать до утра.

Я очнулся в тюремной камере.

Мы с капитаном успешно выполнили поручение Киана – нашли способ узнать содержание приказа Минервы. По загадочному стечению обстоятельств у сэра Фалкирка случилась беда со зрением – проснувшись утром, он едва мог отличить служанку от двери, – и на собрание тот взял с собой оруженосца, чтобы приказ ему зачитали вслух. В то же время мы с гвардейцами непринужденно общались неподалеку от зала совета, и я еще никогда не напрягал слух так сильно – а уши мои никогда не полыхали от стыда так ярко. Разумеется, мы не лишили главного богача Греи зрения – действие эликсира должно было продлиться не больше суток, – и все же прием был не из честных.

Слова в той бумаге не имели смысла. Точнее, имели, но только для тех, кто и без нее был в курсе дел. Формулировки вроде «выполнить оговоренные действия», «начать в назначенное время», «принести соответствующие доказательства» и прочие были лишь отговоркой для тех, кто согласился принять участие в войне на стороне Минервы; в тот день она получила подписи всех, кто был достаточно безразличен и глуп, чтобы не задать ни единого вопроса, и что бы старшая принцесса ни сделала далее, она уже заручилась поддержкой вассалов. Мы с капитаном были в ужасе. Лэндон лишь намекал, что Минерва планировала нечто отличное от того, что озвучивала ранее, но после приказа это стало очевидно, и весь вечер я провел, гуляя по стене и высматривая лисицу во тьме ночи. Если бы совет в Арруме прошел хотя бы на день позже… их стоило бы об этом предупредить.

Убедившись, что Ариадна вернулась в Грею и никто не задержал ее по пути в покои, я спрятался в своих. Сердце колотилось от дурного предчувствия, а дрожь в руках не унималась, и я совершенно не знал, чем себя занять. Голос, что всегда звал меня именем древнего эльфийского короля, вдруг показал, что способен и на другие сочетания звуков. «Аарон, – шептал он. – Беги».

Но я не мог сбежать. Как сбежал бы я, зная, что друзья останутся страдать за мои грехи? Лишь заподозрив меня во лжи, они не оставят на Кидо живого места, а что сделают с лисицей – и представить страшно. Я и без того сделал их предателями родной земли, и с каждым разом, что я думал об этом, душа моя кровоточила все больнее.