Онлайн книга «Рассвет»
|
И конечно, Фредди Морган, ее папочка, чья невыполнимая, как понимала Грир, задача заключалась в том, чтобы успокоить эту толпу недоумков. Во время собраний клуба «Саннибрук» никто не мог спать спокойно, даже в маске для сна и берушах. Только поэтому Грир хотела бы, чтобы в клуб пригласили самого тихого жителя, сирийца с забавным именем Фади Лоло. Он был одним из пятидесяти с лишним сирийских беженцев, которых город приютил за последние два года. Это был негласный рекорд штата Миссури. При переселении приоритет отдавался сирийцам, имеющим семьи, инвалидность или проблемы со здоровьем. Социальные пиявки, как их называли местные работяги с HortiPlastics. Большинство сирийцев разместились в жилом комплексе на городской площади: их селили вместе, чтобы после переезда им было проще. Фади Лоло – неизвестно, сам постарался, или просто не повезло – оказался в «Последнем прибежище». Если кто и достоин был клуба мистера Вилларда, так это он. Каждый день Грир видела, как Фади Лоло разъезжает на дрянном велосипеде, останавливаясь, чтобы собрать мусор с газонов соседей, и каждый день ей хотелось что-то сказать – слова благодарности, наверное. Очевидно, что Фади Лоло хотел принести максимум пользы этой дыре. Он и так делал в десять раз больше, чем клуб «Саннибрук». Лучше всего то, что Фади Лоло, несмотря на флегматичность, был даже тише, чем Драско Зорич. Фади тихо говорил, тихо ходил, тихо ездил на велосипеде, тихо жил. Сегодня клуб «Саннибрук» работал на полную катушку в неприлично ранний час. Вчера вечером папа именно поэтому предупредил, чтобы Грир была дома к десяти: утреннее собрание обещало быть шумным. Темой были кражи со взломом. Никто не мог бы назвать кражи со взломом в «Саннибруке» внезапными: они были хроническими. Последняя волна затронула всех жителей северо-восточной части. Некоторые указывали на Фади Лоло, новоприбывшего, у которого, вообще-то, было самое быстрое средство передвижения – велосипед, хоть и расшатанный. Папа умолял Грир прийти на это собрание – только на это. Все в «Последнем прибежище» знали, что Вена Морган воровка, и, по их мнению, это означало, что у ее дочери тоже может быть рыльце в пушку. – Когда люди пытаются выставить тебя хуже, чем ты есть, смотри им прямо в глаза, – советовал Фредди Морган. – Смотри на них искренне, и тогда они поймут, что к чему – и кто ты такая. Поверь мне на слово. Прости, папочка, но к черту.Похмелье навалилось на Грир, как беременность. И все же ей придется вытащить задницу из постели. Это будет ее девятый прогул, еще два – и Грир останется на второй год. В выпускном-то классе! Это разрушит весь план Фредди по возвращению их жизни в нормальное русло. Крики снаружи усилились втрое, и Грир уткнулась лицом в подушку. Задыхаясь, она видела, как перед глазами проносится вся жизнь: десятилетняя Грир Морган вскакивает с кровати в темноте раннего утра и примеряет перед зеркалом камуфляжный пуловер, который одолжил ей папа. У Конана, который тогда жил с ней в одной комнате, тоже был пуловер, и они хихикали и шикали друг на друга – мама спала, – прежде чем на цыпочках выйти на улицу, где папа загружал вещи в машину. Они ехали втроем по пустынным дорогам, похожим на серые молнии в черной бархатной тьме, пока не доезжали до какого-нибудь случайного поворота – папа всегда знал, куда свернуть. |