Книга Снежный феникс, страница 32 – Рона Рэйн

– Нет! – воскликнула я, когда последние буквы вспыхнули и растаяли в воздухе. – Этого не будет!

Голос дрогнул, но я твёрдо сжала кулаки. Всё внутри восставало против неизбежного – против того пути, который нам предстояло пройти.

– Владимир Дэ Лэйд в нескольких часах лёту отсюда, – продолжил Дух Севера, не сводя с нас пронзительного взгляда своих разноцветных глаз. – И он хочет уничтожить тебя, Аврора. Ему нужна твоя кровь, чтобы завладеть магией Севера.

– Ава, – произнёс он тихо, но голос звучал твёрдо, – мы оба знаем, что нужно, чтобы собрать корону.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он мягко накрыл мои губы поцелуем – коротким, нежным, но исполненным такой силы и уверенности, что слова застряли в горле.

– Не спорь, любимая. Ты должна получить свою корону.

– НЕТ! – закричала я, вырываясь из его объятий. – Я не хочу этой короны! Не хочу платить ту цену, которую она требует!

Арон не отступил. Его глаза, глубокие и серьёзные, не отпускали мой взгляд.

– Три сущности сплетутся в единый узор —

Сапфир, подснежник, искра, как сон.

Корона возникнет из тайн и снегов,

И в ней сойдётся мир, свет и закон, —

процитировалон текст из старой детской книжки, которую когда‑то читал мне по вечерам.

Каждое слово отдавалось в сознании эхом забытых детских снов, но теперь они звучали как пророчество, от которого нельзя убежать.

Не сводя взгляда с меня, Арон обратился к духу:

– Что делать?

– Ты знаешь, что ты должен сделать.

– Замолчи!!! – я ударила его в голую грудь, вкладывая в этот жест всю боль, весь страх, всю ярость бессилия. – Мне не нужна эта корона!!!

Глаза загорелись от поступающих слёз, застилая взгляд мутной пеленой. Я хотела разорвать эту цепь, этот роковой узор судьбы, но он был крепче любых оков.

Арон обхватил меня руками, не давая пошевелиться – не грубо, а с той непоколебимой нежностью, которая всегда заставляла моё сердце замирать. Он прижал меня к себе так крепко, будто пытался впитать мою боль, превратить её в свою.

– Я люблю тебя, моя королева, – прошептал он, и эти слова, такие простые и такие вечные, резанули по сердцу острее любого клинка.

Бросив отчаянный взгляд на старика, я взмолилась, голос дрожал, срывался:

– Не надо… Не забирайте его у меня…

Дух молчал.

– Искра снежного феникса – это его жизнь. Его магия. Именно она объединяет камень и цветок в короне. Но мне это не нужно! – выкрикнула я, уже не сдерживая слёз. – Я не хочу платить эту цену!

Арон мягко отстранил меня, чтобы заглянуть в глаза. Его пальцы осторожно вытерли слёзы с моих щёк, а взгляд был полон такой безмерной любви и решимости, что мне стало страшно.

– Ава, – тихо произнёс он. – Я навсегда останусь с тобой.

Тепло его тела. Звук его голоса. Аромат кожи, смешанный с запахом зимнего леса. Я старалась запомнить всё, что с ним связано – каждую мелочь, каждый оттенок, каждое мгновение.

В доме зазвенела магия – тонкая, пронзительная трель, будто сотни хрустальных колокольчиков разом отозвались в воздухе. Магия снежного феникса. Я попыталась высвободиться, но объятия Арона были слишком крепкими, слишком отчаянными.

– Умоляю, Арон, не делай этого! – мой голос сорвался на крик, полный отчаяния. – Есть другой путь! Мы найдём…

Он улыбнулся – так мягко, так знакомо, будто хотел в очередной раз выдать усмешку, пошутить, развеять мой страх. Но его силуэт уже начал мерцать, растворяясь в переливах ледяной магии.