Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1, страница 81 – Ната Лакомка

– Какая вы упорная, – Марини устало потёр переносицу и приподнял штору, посмотрев на ратушу, гдеогромные часы отсчитывали ход времени. – Вы ведь не уйдете, пока я не соглашусь?

– Буду даже спать здесь, – тут же подтвердила я, хотя не собиралась делать ничего подобного.

– Хорошо, завтра я приду в «Чучолино» в половине девятого, – согласился он. – В качестве одолжения маэстро Попполи. Я помню его. Он смелый.

– Вы ведь воевали вместе, – подхватила я.

– Делаю это только один раз, в качестве одолжения, – адвокат вскинул указательный палец. – А варенье у вас, всё-таки, куплю. Сейчас отправлю Пеппино за деньгами…

– Сначала позавтракайте в «Чучолино», а потом поговорим о продаже варенья.

– Ну вы совсем несговорчивая, – слегка нахмурился он. – Вы что же, мне не верите?

– Не я такая, жизнь такая, – вздохнула я с притворным сожалением.

– Хорошо, – ответил Марини с легким раздражением. – А теперь, если позволите, хотелось бы поговорить о другом.

– Позволяю, говорите, – разрешила я, забирая свои горшки, но не вставая со стула. – Если это про Занху, то я всё отрицаю. Кстати, это вы всем рассказали?

– Я рассказал? Вы за кого меня принимаете? – хмыкнул он. – У Марини принципы, если забыли. Я не выдаю секреты клиентов. Об этом без меня прекрасно узнали. Вчера уже знало полгорода, а сегодня узнает вторая половина. Но это всё глупости, дальше сплетен не пойдёт. Можете не сомневаться.

– Считаете, сплетни – это чепуха чепуховая? – чуть не огрызнулась я. – Для честной вдовы…

– Успокойтесь. Пару дней поболтают, а потом синьора Пульчинелла отлупит синьора Пульчинелло, и все будут обсуждать только эту новость, а вас забудут. Я ознакомился с жалобой Занхи и его слуг, всё это – пьяный бред и не больше. Черти, сатана, и вы – голая и на метле…

– Я?! Голая? Какая возмутительная ложь!

– И я о том же, – кивнул адвокат. – Но из-за чертей и сатаны вы, кажется, не обиделись?

– Не придирайтесь к словам!

– Не буду, – пообещал он. – Меня беспокоит совсем другое. Тело вашего мужа до сих пор не выдали. И мне удалось узнать, что вчера судья Финчи отправил в Милан секретное донесение с верным человеком.

– Мало ли – почему, – пожала я плечами.

– Мало ли, – сказал Марини, постукивая пальцами по столешнице. – Но вы точно уверены, что смерть вашего мужа наступила в результате несчастного случая, а не по иным причинам?

«Точно», – чуть не ответила я, но вовремя прикусила язык.

– Так-так, – произнёс адвокат тоном, не предвещающим ничего хорошего. – Выкладывайте.

– Мне нечего вам сказать, синьор, – сказала я, поднимаясь. – Смерть мужа слишком потрясла меня. Боюсь, с памятью у меня что-то повредилось. Наверное, разум заблокировал все воспоминания, что причиняют невыносимую душевную боль. Такое бывает при сильных потрясениях. Признаться, я многое не помню, и об обстоятельствах смерти Джианне знаю лишь со слов родственников. Но что бы ни произошло – я не имею к его смерти ни малейшего отношения. Могу поклясться хоть на Библии, хоть на святых мощах, хоть на Туринской плащанице.

– На чём? – переспросил Марини.

Похоже, Туринскую плащаницу ещё не обнаружили. А если и обнаружили, то она же ещё во Франции, наверное. Когда её перенесли в Турин? Откуда же я знаю! Ещё один плюсик в пользу того, что надо было идти на исторический факультет.