Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1, страница 62 – Ната Лакомка

– А у меня лучшая ферма и самый прекрасный сад, – ответила я, опуская руку и старательно улыбаясь, хотя, по моему мнению, синьор Фу повёл себя просто «фу». – Обещаю вам лучшее сливовое, апельсиновое, вишнёвое, виноградное и прочие варенья. А здесь у меня – вариант из черешни и апельсинов. В повозке есть ещё и яблочное варенье, но я его не смогла сразу принести…

Появился маэстро Лео и притащил блюдце и крохотную серебряную ложечку.

Я забрала у него посуду, развязала верёвочку на горшках с вареньем, сняла пёструю ткань и положила на блюдце ложечку апельсинового варенья.

– Попробуйте, – предложила я повару.

Он взял у меня блюдце и ложку, сначала долго осматривал, нюхал, потом, крякнув, зачерпнул капельку и попробовал. Варенье он долго растирал на языке, заведя глаза в потолок, потом перевёл взгляд на меня, и лицо у него стало задумчивым.

– Принеси вторую ложку и второе блюдце, – велел он, и мастер Лео снова умчался.

– По-моему, вам понравилось, – я улыбнулась шире и как можно лучезарнее. – Уверяю вас, черешня – ещё вкуснее.

– Сколько возьмёте за рецепт? – напрямик спросил он.

– Э, нет, рецепты не продаются, – теперь я улыбнулась так сладко, что из парочки улыбок можно было сварить варенье без сахара. – Только варенье, синьор, только варенье.

– Как вы сказали вас зовут? – переспросил он.

– Аполлинария Фиоре, – напомнила я ему. – Я вдова, недавно переехала в ваши края из Милана. Мой муж был лучшим кондитером в Милане, но по состоянию здоровья мы вынуждены были перебраться на природу. К сожалению, он скоропостижно скончался, и теперь я вынуждена взять его дело в свои руки.

– Угу, – промычал он, и вид у него стал ещё задумчивее.

Прибыли второе блюдца и вторая ложка, и я предложила синьору Фу второй сорт варенья. Черешня была опробована так же тщательно, и после этого хозяин «Манджони» резко съехал с высокомерного тона.

– Предлагаю флорин за горшок варенья, – деловито сказал он. – Сколько сможете поставить завтра же?

– Десять флоринов за горшок, и поставки начнутсячерез три дня, – не менее деловито ответила я.

– Десять флоринов?! – он напоказ расхохотался.

– Зато качество отменное, как вы убедились, – не растерялась я. – Тем более, мы используем сахар. Такое варенье никогда не будет стоить дёшево.

– Три флорина за горшок, – повысил цену синьор Фу.

– Хотите обобрать бедную вдову? – возмутилась я. – Девять флоринов.

– Четыре, – надбавил он.

– Восемь, – быстро сказала я.

– Пять, – так же быстро ответил он.

– Десять, – сказала я.

– Идёт! – машинально ответил он и застыл, раскрыв рот.

Я не удержалась от смеха, потому что выглядел хозяин в этот момент очень глупо.

– Торговаться вы не умеете, синьор, – сказала я ласково. – Но согласна на восемь флоринов за горшок, так и быть.

– Ладно, восемь, – согласился он и ухмыльнулся: – А вы – та ещё штучка.

– И товар у меня штучный, – заметила я. – Не забудьте говорить клиентам, что это варенье по старинному рецепту. И если синьоры захотят что-то особенное, я приготовлю особенное варенье только для них. Приготовлю нечто такое, чего никто никогда не пробовал. Но и цена тогда будет соответствовать. Десятью флоринами за горшок точно не обойдётесь.

– Посмотрим ещё, как пойдёт, – уклонился от нового предложения хозяин, но я заметила, что в глазах у него пошло движение мысли.