Книга Он мой Апрель, страница 4 – Евгения Ник

Спустя двадцать минут, стоя на перроне, вновь его замечаю… с нежным букетом роз.

Ищет кого-то среди людей, бегая взглядом по лицам, до тех пор, пока наши глаза не сталкиваются. Подходит ко мне. Букет протягивает.

— Это тебе.

Сердце замирает на мгновение, а потом начинает колотиться, как сумасшедшее. Я не знаю, что сказать, просто смотрю на него, пытаясь понять, что происходит. Розы пахнут невероятно, а какие красивые, глаз не отвести. Чувствую, как лицо заливается жаром. Снова он вызывает во мне ненужные никому эмоции…

— Примешь? — говорит он, немного с хрипотцой. — Я знаю, что повел себя не совсем профессионально, и мне очень жаль. Такой вот небольшой жест…

Я все еще не могу поверить, что это происходит. Антон? Антон Леонидович Суворов с розами проситпрощения? Это слишком, космически нереалистично, чтобы быть правдой.

— Спасибо, — шепчу, принимая букет. — Они прекрасны. Правда… Я не шучу.

На этот раз мы едем в разных вагонах.

За всю поездку домой с Антоном мы пересеклись лишь раз, когда вышли подышать свежим воздухом в Омске.

Скоро я буду дома. Пройдет несколько дней и забуду эту случайную и нелепую встречу.

Антон

Восьмое апреля

Томск встретил меня низким, серым небом, порывистым ветром и моросящим дождем. Скажем так, противненько. Говорят, Томск — маленький Питер, не совсем согласен с этим утверждением, но что-то схожее определенно есть.

Четыре часа монотонной дороги по трассе слегка вымотали. В руках ощущалась легкая вибрация, глаза устали, и чувствовалась сухость во рту. Хотелось как можно скорее поставить машину на парковку и выпить кофе.

Заселился в гостиницу, двинул в излюбленное кафе, которое посещаю каждый приезд в этот город.

Яичница, венские вафли, американо — мой стандартный заказ. Ставлю ноутбук на столик, погружаюсь в работу. Уверен в своих силах, апелляционную инстанцию пройду гладко.

Кофе слегка обжег нёбо, но быстро вернул ясность мыслям. Слова сами собой уже складываются в аргументированные доводы, цифры выстраиваются в стройные ряды. Кажется, что ничего не может меня отвлечь, до тех пор, пока в потоке мыслей я не перевожу взгляд за окно.

Татарцева идет с небольшим чемоданом в руках, который по обыкновению весело прыгает от каждой неровности дороги.

Хлопаю крышкой лэптопа, быстро расплачиваюсь, выхожу на улицу. Быстрым шагом вдоль проспекта Ленина.

— Раиса Максимовна! — окрикиваю свою бывшую.

Татарцева оборачивается, глаза расширяются от удивления.

Черт! Ну какая же она! Один взгляд на Раису и замурашивает всего. Кажется даже на скулах волоски дыбом встают и я становлюсь похож на похтливого кота по весне.

— Нет… нет, нет, нет! Суворов, ты меня преследуешь, что ли?

— Хотел задать тот же вопрос, — хочется улыбнуться, но вовремя осекаю себя и приближаюсь, хмуря брови. — К счастью, мы по разным процессам. Я глянул в документах. Привет, Рая.

— Привет, — кивает, мнется, но все-таки протягивает мне руку. — Приехал за очередной победой?

— Да, — роняю самодовольно и позволяю себе улыбнуться. — Ты же знаешь, я не проигрываю. Почти…

— Угу… Ладно, Антон, рада, что у тебя все стабильно хорошо. Пора мне… Еще к заседанию подготовиться надо.

— У тебя во сколько?

— После обеда. В три часа дня.

— У меня в двенадцать.

— Удачной схватки, тигр.

— И тебе, пантера.

Вновь неловко. Хочется, что-то еще добавить. Глупо, конечно, но как малолетка в голове судорожно пытаюсь придумать подколку.И... не могу. Дурачок дурочком стою.