Книга Он мой Апрель, страница 14 – Евгения Ник

Все началось с того, что ко мне пришел клиент с довольно сложным делом. Работа над ним тянулась медленно, в какой-то момент я и вовсе решил, что ничего не выгорит. В один из вечеров сидел с бумагами до поздней ночи, пока не отрубился в сон прямо за столом. Проснулся ранним утром и обомлел. Раиса разложила материалы дела на полу и внимательно изучала их, периодически что-то помечая в своем блокноте.

В итоге именно свежий взгляд моей жены, помог разобраться с этим делом и впоследствии выиграть суд. А Рая стала помогать мне с работой уже на постоянной основе. И кстати, через полгода планирует работать в моей фирме в качестве полноценного юриста. Правда, с командировками сказала ее не беспокоить. Семья для нее в приоритете.

Как и для меня.

* * *

После ужина заглядываю в детскую. Анютка сосредоточенно копошится с игрушками в углу. Кукла и правда щеголяет в довольно экстравагантном наряде. Остатки синего шелка с красными полосками,щедро украшенные бусинами, больше напоминают карнавальный костюм, чем повседневную одежду. Видимо, куколка собирается на бал во дворец.

— Красивое платье, — говорю я, стараясь сдержать улыбку, присаживаюсь рядом на пол. — Но, Анют, а папе галстук зачем испортила?

Дочь поднимает на меня свои большие, невинные глаза.

— Папа, он же старый! Ты слишком часто его носишь! Мама сказала, что люди подумают, будто у тебя другого нет.

— Ах вот оно что! Тебе его мама отдала?

Анютка быстро-быстро кивает.

— Мы вместе его делали. Люси очень идет это платье!

Тут уж я не выдерживаю и начинаю смеяться. Что тут скажешь? Мои девочки в своем репертуаре, особенно жена. Этот галстук она действительно не любила, называя его “дедовским”. Похоже, пора пересмотреть содержимое своего гардероба, а то боюсь, скоро и до пиджаков доберутся. Есть там парочка под вопросом у Раисы. ***

— Тебя сдали, партизан, — давлю смешок, появляясь в спальне. Подхожу ближе, обнимаю жену за плечи, целую в висок.

— Суворов, ну он был жутким… Вот смотри, я тут новые присмотрела, — пихает мне под нос смартфон. — Вот, глянь.

— Серьезно? — вздергиваю брови и усмехаюсь. — С бабочками? С уточками? С ума сошла, ты меня представляешь в таком на работе?

Раиса толкает меня в плечо и начинает смеяться.

— Очень смешно, ха-ха! Я хотела что-нибудь более… современное. А то ты в своих “старпёрских” совсем отстал от моды. Это, конечно, шутки ради. Вот, глянь эти. Как тебе?

Новые варианты на самом деле интересные. Выбираю парочку новых галстуков. Перевожу взгляд на часы и довольно улыбаюсь.

— Раиса, халатик накинь, — смотрю на атласную сорочку, которая едва ли прикрывает ее бедра.

— Чего? Антон, ты серьезно?

— Очень давай, родная, — киваю в сторону шкафа, на дверке которого висит ее атласный халат.

Жена встает с кровати с недоумением на лице. В этот момент в квартире раздается звонок.

— Это к тебе. Оденься.

— Ко мне? — еще больше удивляется она.

— Рай, быстрее.

Она тут же подскакивает к шкафу, сдергивает халат и накидывает его на себя. Уходит из спальни.

— Антон, я думала, ты забыл! — выпаливает она, появившись в спальне с большим букетом роз.

— Никогда не забуду, — подхожу, нежно целую Раису в губы. — С нашей годовщиной, мой Рай.

Первое апреля— дата, ставшаядля нас знаковой. Начало отношений, конец отношений, новая встреча спустя четыре года, дата, когда мы узнали о беременности жены нашей любимой дочкой.

— Однажды я полюбила апрель. Потом возненавидела… И спустя несколько лет снова полюбила.

Сглатываю вставший в горле комок, продолжая неотрывно смотреть в глаза любимый женщины.

— Суворов, все потому, что… ты мой Апрель… Навеки.

Конец