Книга Все, кто мог простить меня, мертвы, страница 36 – Дженни Холландер

– Вам будет из чего выбрать, мисс Колберт. – Говоря это, продавщица ловко наполняет мой бокал. – Начнем?

Она указывает на примерочную.

– Ага, спасибо, – холодно говорю я.

Последние несколько лет всякий раз, когда я чувствую себя не в своей тарелке, я становлюсь самой суровой версией «меня-редактора». Я не замечаю, как это происходит, пока люди не начинают вести себя так же. Продавщица кивает и торопливо уходит.

– Ждем вас тут! – кричит Синтия.

Они с Джуд сидят в мягких креслах напротив подиума, потягивая шампанское.

– Хорошо, – бормочу я тоном избалованного ребенка и задергиваю занавеску.

Многие женщины умерли бы за это. Я знаю. Но я ненавижувсю эту хрень. Вся эта суета и беготня, примерки и дегустации, электронные письма Синтии об оформлении, закусках, операторах. Я пыталась перейти в скрытую копию, но они с Джуд продолжают добавлять меня в основную рассылку. Я повторяла им миллион раз: Мне. Все. Равно. Орхидеи, тюльпаны, ризотто, суфле – мне все равно. Я попыталась пошутить: «Просто скажите мне, во сколько начало!» – ведь мужчинам такое всегда сходит с рук. Но, видимо, это мой долг– тратить впустую свое время и силы.

Все это похоже на мучительный обратный отсчет. Не до самого брака, брак меня не пугает. Но мне становится не по себе при одной мысли о людях, которые пялятся на меня, шушукаются, фотографируют, сидя на корточках. То, что Трипп сделал мне предложение и втянул меня в очередной цирк, кажется каким-то предательством, хотя я знаю,что он и подумать о таком не мог, знаю,что проблема только во мне.

А Кейт бы понравилось.Эта мысль приходит мне в голову прежде, чем я успеваю ее отогнать.

Кейт ворвалась бы в самую гущу событий и взяла все на себя. Она защитила бы меня от язвительности Джуд и отвечала на звонки Синтии. Кейт выбрала бы мне свадебное платье, расположила к себе продавщицу, и уже к вечеру мы сидели бы в самолете. (Самолет ей понравился бы больше всего.)

Платье. Нужно сосредоточиться на платье. Только на каком?Какое там должно быть первым?

Шампанское ударяет мне в голову, у меня почти начинается истерика оттого, что я как будто заперта в тюрьме из тюля, кружев и атласа.

Я неуверенно беру одно из платьев и снимаю его с вешалки. Оно самое простое из четырех: длинное платье-футляр цвета слоновой кости, сильно приталенное. В таком можно было бы пойти и на обычную вечеринку, если бы не кружева и длинная юбка. Я очень аккуратно влезаю в платье и застегиваю его.

– Ну и как у нас дела? – щебечет продавщица.

Ну давай, Чарли.Я выхожу из примерочной на небольшой подиум, окруженный зеркалами. Выгляжу строго, утонченно. Не совсем как невеста, да и платье меня немного старит, но сойдет. Продавщица колдует со спинкой, воркуя о том, как великолепно я выгляжу, с каждым новым зажимом лиф все сильнее обтягивает мое тело. Джуд оценивающе оглядывает меня с ног до головы. Не знаю, о чем она думает, и не хочу знать. Жаль, что я не взяла с собой расческу. (Не думала, что в Нантакете таквлажно.)

– Принесешь мне еще, Рейчел? – только и говорит Джуд, показывая на бокал с шампанским. (Надо бы запомнить, что продавщицу зовут Рейчел.)

– Конечно, миссис Гудмен-Уэст!

Бросив меня стоять с зажимами на спине, Рейчел бросается к Джуд, чтобы взять ее пустой бокал, а затем и мой. Я разглаживаю юбку и прикидываю, могу ли я сказать «это то, что надо!» и пойти домой, как вдруг бокал выскальзывает из рук Рейчел, со звоном падает на пол и разлетается вдребезги прямо у ног Джуд.