Книга Последний танец, страница 78 – Марк Биллингхэм

– Ты хочешь знать, что происходит, – что в этом такого? – сказала Мэри.

– По-моему, это полная хрень, – сказал Говард. – Она ведь была одной из них. Алекс была нашей коллегой, и мы же все знаем, как в таких случаях все происходит?

Мэри кивнула.

– По крайней мере, как все должно происходить.

– Интересно, почему тогда у меня такое ощущение, что они решили забить на все большой и тяжелый?

– Вот и мне интересно, – сказал Миллер.

– Позволь нам тебе помочь, – закивал Говард с таким видом, будто это было дело решенное. – Мы с Мэри не так уж давно вышли из игры. У нас еще полно знакомых, и никто не помешает намзадавать неудобные вопросы.

– Сомневаюсь, что это хорошая идея, – сказал Миллер.

– Ну, попытка не пытка, согласен? – Мэри посмотрела на остальных. – Я уверена, мы все постараемся по мере сил помочь.

В ответ все воодушевленно закивали. Миллер улыбнулся и взял еще горсть свиных чипсов.

– Вряд ли от меня будет проку больше, чем от кого другого, – сказала Рут. – Но если понадобится место для встреч… не этот паб, а… что-то вроде штаб-квартиры, мой дом всегда к твоим услугам. И я готова все записывать. План действий или еще что в таком духе.

– Ты ведь в курсе, что я шарю в компьютерах? – Нейтан подался вперед. – Я могу взломать их систему, порыться в файлах или что-то типа того.

Миллер посмотрел на него.

– Ты собрался взломать полицейскую базу данных?!

– Я попробую.

Рэнсфорд откашлялся.

– Ну, мы с Глорией, как ты знаешь, всего лишь флористы…

Миллер снова улыбнулся и кивнул ему. Эта пара предоставила великолепные цветы для похорон Алекс, и он до сих пор сомневался, что когда-нибудь сумеет достойно их отблагодарить.

– …и вряд ли тебе это как-нибудь поможет, но если кто-нибудь из сидящих за этим столом придумает, как поймать виновника смерти Алекс, я обещаю, ему никогда не придется больше платить за цветы. – Рэнфорд не был прирожденным оратором, и вид у него был слегка смущенный. Он потянулся к жене и взял ее за руку. – Как-то вот так.

Не то чтобы Миллер был категорически против слез. Как можно – за последние несколько недель он пролил их столько, что хватило бы… на целый бассейн. Ему просто не хотелось, не сейчас… не в этом месте, не за этим занятием.

Он может пролить слез хоть целое ведро – но позже, когда вернется домой.

Судя по выражению лица Мэри, она поняла, каких усилий ему это стоит. Такое же лицо у нее было в тот вечер, после первого танца, когда она сказала ему, что в слезах нет ничего постыдного.

Миллер улыбнулся ей и покачал головой. Не сейчас…

Конечно, в слезах нет ничего постыдного – но кто в здравом уме захочет есть соленые свиные чипсы?

Слезая со своего мопеда, Миллер заметил, что у его входной двери зажглась подсветка. Он снял шлем и стал смотреть, как кто-то выходит из тени и бродит туда-сюда.

Его ждали.

Бесстрашный и безбашенный полицейский вооружился бы ближайшей большой палкой или поискал что-нибудь более подходящее. Разумный человек достал бы телефон и тихонечко вызвал подкрепление. Но Миллер не был ни тем, ни другим и поэтому направился к своему дому – к счастью, неизвестный оказался худощавой женщиной.

Мишель Катлер вспотела и прерывисто дышала.

– Я бегала, – сказала она.

– Ясно. – Это не очень-то объясняло, что жене Эдриана Катлера понадобилось на пороге его дома. Но Миллер решил, что в нужное время она сама ему все расскажет. – Хотите воды?