Книга Казачонок 1860. Том 3, страница 117 – Петр Алмазный, Сергей Насоновский

Пока этим занимался, проверил слегка оттопыренное голенище сапога — оттуда и вытащил нож. Небольшая кустарная заточка. Я швырнул ее в сторону, к винтовке.

Первый за это время попытался сесть. И я поспешил к нему.

Он еще был как в тумане, так что управился быстро.

— Ты не шевелись особо, — сказал я, поднимаясь. — Сейчас и до тебя очередь дойдет.

Он зыркнул на меня мутным взглядом, но бодаться не стал или был не в состоянии. Я шагнул ближе, ногой опрокинул чего наживот, завел за спину и связал ему руки.

— Ну что, «солдаты» ряженые… — я вернулся и присел на корточки рядом с тем, что пока цел остался. — Наигрались в ревизоров?

— Чаво?.. — вытаращился он.

— Вот тебе «чаво». Вздернут тебя за убийство настоящих солдатиков, с которых ты форму снял, голубчик, — сказал я. — И будет с тебя.

— Это не я! Это не я! — завизжал он. — Я все расскажу!

В этот раз долгий допрос и не понадобился. То ли варнаки пошли слабохарактерные, то ли им совсем не улыбалось получать за чужие грехи — но язык у ряженого развязался быстро.

А вот информация, что удалось из них вытащить, думаю, очень скоро пригодится.

— Говоришь, Матвей Студеный вас сюда определил?

— Угу, — подтвердил варнак, отводя взгляд.

— И как вы сюда приползли?

— Да привез нас его человек на возке, до ночи обратно забрать должен.

— Успели уже кого пограбить?

— Нет, — вздохнул бандит. — Сегодня людей мало, а те, что были, больно зубастые оказались. Вот с тобой только маху дали — думали, малец.

— Ну-ну… Так если ваш этот от Студеного ночью прибудет, вы ж все равно до Пятигорска не поспеете. Что, в степи ночевать станете?

Глаза у варнака задергались — понял, что загнал себя в тупик.

— Слушай, болезный, тебя как звать?

— Ероха.

— Вот слухай-ка, Ероха. И потом не жалуйся, что не предупреждал. На своего подельника глянь — он до сих пор в себя прийти не может. Но ты поверь, я сейчас пойду все твои слова у него проверю, и, если ты мне хоть в малом набрехал, очень тебе не позавидую, — с этими словами я вытащил кинжал из ножен.

Ероха, завидев лезвие кавказского кинжала, только сглотнул. Видимо, проверять на себе, насколько серьезны мои предупреждения, желания не имел, и язык у него снова быстро развязался.

— Это… я это… Не брехал я, паря, все как есть сказывал. Только Студеный человека пришлет, чтоб он нас к землянке отвез — тута недалече. Он отвезет, за день собранный хабар забрать должен, да утром в другое место выставит.

— Вы что, с головой вовсе не дружите? — спросил я. — На этой дороге казаки постоянно ездят, и путники, и разъезды службу несут!

— А нам почем знать? Сбегли мы недавно с этапа, в Пятигорск попали. Ну и свели нас на рынке со Студеным — вот он и на дело определил, одежу эту солдатскую выдал.

— Так это он солдатиков подрезал, выходит? — уточнил я.

Ероха в ответ только плечами пожал.

Да, дело складывалось не очень. Выходило, при любом раскладе до ночи я в Пятигорск не поспеваю. Разве что этих варнаков прямо тут простить да отпустить. А это уже точно не входило в мои планы.

— Так, Ероха, — я остановился напротив него. — Слушай внимательно. Ночью возок приедет — на нем в город и двинем.

Он нахмурился.

— А мы?

— Так вы и поедете на нем, — пожал я плечами, — если до этого времени ничего учудить не попытаетесь. А если решите, чего выкинуть — довезу уже ваши тушки. Так что решайте, как себя вести,выбор невелик.