Книга Кармен. Комсомол-сюита, страница 61 – Зоя Орлова

Мы еще долго разговаривали с Зиной. Когда позвонила вахтерша, чтобы напомнить, что гости только до одиннадцати, а потом общежитие закроют на ночь, я уговорила, под свою журналистскую ответственность, разрешить Зине остаться у меня в комнате переночевать. Вахтерша поворчала, но разрешила. Тем более когда я сказала, что это не просто знакомая, а моя родная, любимая тетя.

Зина достала из сумки бумажный пакет и разложила на столе семейные фотографии.

— Ну вот, как ты просила. Смотри-ка, как ты на Антона-то похожа… Прямо одна моська тут у вас, — приговаривала она, укладывая рядом мои и отцовские детские фотографии. Два абсолютно одинаковых младенца смотрели в объектив, только пеленки да ползуночки на круглых попках были разные. А так, верно заметила моя тетя, мордашки совершенно одинаковые.

Наговорившись всласть, я постелила себе на раскладушке, а Зину уложила на кровать. Утро мы встретили вместе, правда Зина проснулась и встала гораздо раньше меня. И на этот раз она согрела чайник, заварила свежий крепкий чай иприготовила нам бутерброды.

— Мулечка, а ты не хочешь из общежития-то съехать?

— В смысле? Куда съехать?

— Дак к нам. У нас же в городе-то квартирка стоит, двухкомнатная, с кухней, с туалетом, с машинкой сти́ральной. Даже телефон есть, общий, в коридоре. А соседи-то все поразъехались, по северам да по стройкам, за длинным рублем. Так что никто шуметь не будет. Будешь в нашем коридоре хозяйка. Ай нет? Кошечку бы завела.

Я растерялась от неожиданности. Даже в голову не приходило куда-то из общаги перебираться.

— Зинуля, а можно я подумаю? Это так неожиданно…

— Подумай, че… Я в Камне-то еще побуду. А может тебе чего по хозяйству помочь надо? Дак ты скажи, не стесняйся.

— Зина, миленькая, трудяжка ты моя дорогая, — проговорила я и обняла ее за мягкие плечи. — Я подумаю. Спасибо.

Мы позавтракали, собрались и вместе вышли из общежития. Я радостно поскакала в редакцию, а Зина неспеша пошла по своим делам. Мы договорились, что вечером я «прибуду в родные конюшни».

Но сначала… Сначала я должна восстановить историческую справедливость и оборвать хобот одному наглому слоняре!

* * *

Я снова стояла перед высокой тяжелой дверью с ромбами, в бывшем купеческом доме. Я уже ненавидела эту дверь. Нажала на кнопку звонка. За дверью раздались шаги. Скрежет замка.

— Кира? Не ждал вас… — немного растерянно проговорил Николай Петрович.

Ну еще бы! Не ждал он.

— Я ненадолго, — сказала я деловым тоном. — Мне нужно всего лишь десять минут вашего драгоценного времени.

Блинов удивленно вскинул брови и распахнул дверь шире, приглашая войти.

— Проходите.

Я шагнула в знакомую прихожую, сама решительно сняла пальто и вопросительно посмотрела на хозяина.

— Вы не против поговорить на кухне? — спросил он, стараясь говорить негромко.

В это время в гостиной горел яркий свет, слышался звук какого-то фильма по телевизору. Из-под закрытой двери комнаты Алексея пробивалась полоска света.

— Нет, не против, — храбро ответила я.

Мы прошли в кухню, Блинов прикрыл застекленную дверь. Он меня, конечно, не ждал, но одет был, как и в прошлый раз, в хорошую синюю рубашку и джинсы. Видимо, он и дома хотел выглядеть хорошо. Ну, молодец, что тут скажешь.

Я села, выложила на стол бумажный пакет и начала доставать из него фотографии, последним выложилалист бумаги с таблицей, напечатанной на машинке. Демонстративно посмотрела на свои наручные часики и засекла время.