Книга Кармен. Комсомол-сюита, страница 40 – Зоя Орлова

Алексей с явным удовольствием наблюдал за мной. Наверное, он на такую реакцию и рассчитывал.

— Да, хороший дом, нам повезло. Уж не знаю как, но родителям удалось выбить квартиру не в новостройках, а в старой части города, в бывших купеческих домах. Тут стены чуть не метровой толщины, представляешь? Матушка, правда, расстраивалась, что не удалось сохранить камин.

— Как сказали бы в Одессе, ваша матушка знает за красоту, — ответила я.

— Ты, наверное, голодная? Идем, накормлю вкусненьким, — сказал Леха и, взяв меня за плечи, повел на кухню.

Кухня была просторная, одну стену занимал импортный кухонный гарнитур с большой финской мойкой на две раковины, газовая плита и пузатый белоснежный холодильник ЗИЛ. Под окном притаился холодный шкаф, его еще называли, почему-то, «уральским холодильником», а у другой стены стоял большой обеденный стол, пара стульев и табуретки с мягкими сидушками. Во всем чувствовалась основательность и большие бабки, вложенные в этот комфорт.

Я присела на стул. Алексей суетился у плиты, что-то разогревая на сковородке. Пахло умопомрачительно вкусно! Из распахнутого холодильника он метал на стол баночки с домашними соленьями, тарелки с нарезанной колбасой и сыром. У меня глаза разбежались от обилия всего вкусного, а в животе предательски заурчало. Я вспомнила, что толком-то и не ела сегодня, так волновалась, что кусок в горло не лез.

— Ой, а что там за баночка такая красивая? — спросила я.

— Это? Это помидоры в собственном соку, болгарские. Хочешь?

— Ой, обожаю! — чуть не застонала я. — Помидорки… болгарские, мои любимые. А сметана есть?

— В Греции все есть, — ответил Леха голосом грека Дымбы из фильма «Свадьба».

Покая уминала помидоры со сметаной, он накрыл стол. Меня ждала горка пышного картофельного пюре, в серединке которой таял желтоватый лепесток сливочного масла, сбоку лежала большая пузатая котлета, тонкие ломтики соленого огурчика и пара веточек свежего укропа. На блюдцах лежали домашние соленые помидоры, маринованные маслята, домашняя икра из баклажанов и еще много всякой вкуснятины. Я не знала названия и половины. В моей семье никто не занимался овощными заготовками. Только наша домработница закатывала на зиму несколько баночек грибов, собранных в конце лета, да немного варенья из клубники.

Алексей выключил свет в кухне и зажег над столом симпатичный настенный светильник в клетчатом абажуре. Я ела, а Алексей наблюдал за мной, пощипывая сыр. Он напоминал чадолюбивую мамашу, которая с умилением любуется на свое жующее чадо.

— Ты бы хоть за компанию чего-нибудь тоже поел, — сказала я, — а то у меня такое чувство, будто я нагло объедаю ваше скромное семейство. Я так подавлюсь, Леша!

Он тихо засмеялся, не разжимая губ, и положил себе на тарелку котлету и немного маринованных маслят. Из навесного шкафчика достал темно-зеленую бутылку с красивой этикеткой.

— Под такую закусь, конечно, так и просится водочка со льда, но… Такая красивая девушка водку не пьет, — сказал он. — Зато она, наверняка, любит хорошее вино. А, Кирюша?

Он разлил по хрустальным фужерам рубиновый напиток.

— За нас!

Он поднял свой фужер, предлагая мне сделать то же самое. Я подняла свой, и мы легонько чокнулись. Тонкий звон хрусталя повис в тишине.

Настоящий джентльмен сначала дает даме поесть, а уж потом… Что потом? У меня все сжалось в животе и волна мелких мурашек прокатилась по спине.