Книга Очаровательная негодница, страница 133 – Линси Сэндс

Внутри ничего не было видно от дыма.

– Мюри! – закричал Балан, натыкаясь на мебель.

– Мюри! – послышался голос Осгуда у него за спиной. – Я ни черта не вижу…

– Я тоже, – прохрипел Балан и, закашлявшись, согнулся в три погибели. Несмотря на тряпку, которой он прикрывал лицо, дым, просачиваясь сквозь ткань, душил его.

– Если Мюри здесь, то точно без сознания, в таком-то дыму, – с тревогой заметил Осгуд и тоже закашлялся.

– Я поищу ее, а ты выйди на улицу, – приказал Балан, опускаясь на колени, чтобы ощупать пол.

Он рассудил, что если Мюри потеряла сознание, то, вероятно, лежит сейчас на земле.

– Куда ты подевался? – прозвучал прямо над ним встревоженный голос Осгуда. Он чуть не наступил на Балана. – Я тебя не вижу.

– Я здесь, внизу. У пола немного легче дышится.

Балан пополз в глубь дома, неуклюже передвигаясь на трех конечностях. Левой рукой он прижимал кусок ткани к лицу.

Когда дом только построили, он был меньше, но кузнец, работавший у отца Балана, разбогател и пристроил к нему еще две комнаты. Дым, по-видимому, шел из пристройки. Балан боялся, что обнаружит жену у источника огня.

Услышав, как Осгуд снова сильно закашлялся где-то у него над головой, Балан рявкнул:

– Немедленно выйди на улицу!

– Нет! – воскликнул кузен. – Тебе нужна моя помощь.

– Тогда, по крайней мере, опустись на пол, – распорядился Балан. – От тебя будет мало толку, если мне придется выносить тебя из дома на руках, как и жену… Мюри!

Он сделал паузу, чтобы откашляться от удушливого дыма, который вдохнул, пока говорил с Осгудом, и почувствовал, как что-то ударилось о его левое бедро. Это кузен подчинился его приказу и тоже опустился на пол.

– Мюри, должно быть, в задней комнате, – выдохнул он, проползая мимо Балана.

– Похоже на то.

В молчании они преодолели последние пару футов, двигаясь так быстро, как только могли, пока не достигли стены. Последний раз Балан был в этом доме много лет назад, и в его памяти сохранились смутные воспоминания о том, что где-то слева от них должна находиться дверь. Он пополз в ту сторону на коленях, одной рукой прикрывая лицо дублетом, а другой ощупывая стену в надежде найти дверь. Балан понял, что нашел ее, когда его ладони стало жарко. Дверь была горячей, как плита. Вероятно, за ней бушевал огонь.

Тихо выругавшись, Балан схватил Осгуда за руку, оттащил его в сторону, а затем потянулся и распахнул дверь.

Огонь взревел, как дикий зверь, и пронесся над их головами потоком жара и ярости. Если бы они находились прямо у дверного проема, когда дверь открылась, то, скорее всего, погибли бы. Задняя комната была полностью охвачена пламенем.

– Мюри вряд ли осталась бы в живых в таком аду, – мрачно прохрипел Осгуд, когда огонь после первого напора ослабел.

До того как они открыли дверь, пожар разгорался медленно, но из-за притока воздуха пламя с ревом взметнулось вверх.

Балан оцепенел на несколько мгновений, лихорадочно работая головой. Если бы Мюри была здесь, она бы, конечно же, погибла. Но он вдруг понял, что она здесь не появлялась. Мюри не спускалась в деревню, у нее было много неотложных дел в замке. И зачем ей надо было махать рукой с порога, а потом входить в горящий дом? Нет, их просто одурачили…

– Быстро на улицу! – крикнул Балан, поворачиваясь и толкая Осгуда к распахнутой входной двери. – Это ловушка!