Книга Обесчещенная леди, страница 115 – Мэри Джо Патни

Годфри вошел с трудом, опираясь на костыли, почти сразу увидел Лукаса, и лицо его исказилось от ярости.

— Опять вы? Какого дьявола человека без чести и совести принимают там, где проводят свой досуг порядочные джентльмены?

Кенди мысленно выругалась, увидев, как окаменело лицо Лукаса. Жаль, что Генри Анджело сейчас нет: он бы сразу же прекратил эту нелепую сцену, не дав ей выйти из-под контроля, но его сегодня заменял молодой помощник, еще не обладавший необходимым авторитетом.

Кенди чувствовала, что Лукас так и не смог простить себя за то, что бежал из французского плена.Умом он понимал, что выбора не было, но дух его, взращенный на кодексе чести английского джентльмена, по-прежнему нес на себе бремя вины и отвращения к себе за то, что сбежал, нарушив слово.

Годфри уже изготовился для новых оскорблений, и Кенди поняла, что ее терпению пришел конец. Она стремительно пересекла зал, остановилась прямо перед Годфри и ткнула в него концом рапиры.

— Довольно! Годфри Роджерс, моему сыну девять лет, но он ведет себя разумнее вас! Вы не имеете права кого-то оскорблять без объяснения причины. Гнойники надо вскрывать — иначе они приводят к смерти. С этими вашими выходками пора заканчивать!

Патрик Роджерс в ярости сделал шаг в ее сторону и прорычал, бросив осуждающий, но в то же время заинтересованный взгляд на ее ноги в черных рейтузах:

— Не смейте угрожать моему брату! Зачем сюда вообще пускают таких дамочек?

— Разве я кому-то угрожаю? Отчаянно цепляясь за боль и гнев, он сам себе стал злейшим врагом — и старшие братья в стремлении защитить вовсе ему не помогают! — воскликнула Кенди. — Как я и сказала, давно пора во всем разобраться и, быть может, положить конец этой вражде. Годфри и Патрик, Лукас и Симон, прошу вас пройти в заднюю комнату. Я стану в вашем споре посредницей: любая женщина, у которой есть дети, умеет разрешать ссоры без кровопролития. Чего же вы ждете?

Она указала рапирой на дверь задней комнаты. На несколько мгновений наступила тишина, затем Лукас с решительным видом зашагал в указанном направлении, за ним последовал и Симон.

Годфри на костылях так трясло, что казалось, того и гляди упадет. Кенди подошла к нему и заговорила намного мягче:

— Поверьте мне, болезненную правду лучше выпустить на свет, чем позволить ей гнить в душе и отравлять вас. Если пожелаете, то ничего из сказанного в этой комнате никогда не выйдет за ее стены, но вы должны объяснить, что произошло, и Лукасу, и вашим братьям.

Белый как мел, Годфри заковылял к задней комнате, а с ним и Патрик. Третий брат направился было за ними, но Кенди преградила ему путь, взмахнув рапирой.

— А вас, мистер как-вас-там Роджерс, прошу остаться снаружи и не пускать сюда непрошеных гостей. Два участника конфликта, у каждого по секунданту — этого достаточно, да и я прослежу, чтобы переговоры прошли мирно.

Роджерс изумленно уставилсяна нее:

— Меня зовут Уильям, и… откуда мне знать, что вы не встанете ни на чью сторону?

Кенди выдержала его взгляд:

— Я женщина, и кровопролитию всегда предпочитаю мир, к тому же мать — знаю, как важна справедливость. Этого вам достаточно?

Поразмыслив несколько секунд, он кивнул в знак согласия и занял позицию у двери, а она вошла внутрь следом за мужчинами, но успела заметить, что место на страже рядом с Роджерсом заняла Афина Мастерсон. Можно было не сомневаться: мимо них не пройдет никто! Кенди мысленно поблагодарила Афину за то, что прикрывает ей спину.