Книга Фани Дюрбах и Тайный советник, страница 40 – Алла Ромашова

— Москвин? — переспросил Игнатьевский. И быстро добавил: — Мне он давно не нравился. Скользкий тип. Крепостных девок портит. В Санкт-Петербург рвется. Такой вполне мог убить. Возможно, он и младенца распотрошил, чтобы власти навредить. А что? …Мог. Разночинец, одним словом.

— Ну и славно. Давайте пока примем за основу эту версию, собирайте улики. А я еще хотел осмотреть место, где нашли убитую Екатерину.

— Так это когда было! Зимой! Там никаких следов не осталось.

— Вот и посмотрю.

Лагунов накинул пальто и вышел, оставив Игнатьевского в полном недоумении.

Фани тем временем добежала до усадьбы, прошла мимо конюшни и, стараясь быть незамеченной, прошмыгнула внутрь. Огляделась — никого. Лошади тянули к ней свои теплые губы, ожидая хлеба или, на худой конец, сена. Фани пробежала мимо них к низкой двери в конце стойла — там была комната, где хранился инвентарь, и которую накануне вечером девушка видела через окно, подглядывая за Федором. Фани осмотрелась. Вот ящик с инструментами, в котором нашли нож. Грабли и лопаты в углу. Хомуты развешаны по стенам, лежак, он же сундук Василия — на нем валялся его кафтан. Другой ящик, поменьше, в углу. Фани подцепила крышку и откинула ее. Внутри хранились личные вещи Федора: выходной наряд, рубашки, шапка, пояс и небольшая берестяная шкатулка. Она оказалась закрыта на замок. Фани покопалась в инструментах, нашла шило. Воткнула его в отверстие замка и нажала посильнее. Замок сломался, а шкатулка открылась. Внутри оказались женские вещи: белый воротничок, гребень и небольшая брошь с эмалью. Девушка узнала брошь. Прикрыла рот рукой, но быстро взяла себя в руки. Спрятала украшение в карман, захлопнула шкатулку, бросила ее в ящик и хотела уже бежать прочь, когда услышала шаги. Фани выглянула за дверь и увидела Федора, который неспешно шел в сторону комнатушки. Девушка, стараясь не шуметь, скинула на пол кафтан Василия, схватила со стола шило, подняла крышку большого сундука и забралась внутрь, прикрывшись тряпьем. Сквозь замочную скважину ей было видно, как Федор вошел в помещение, скинул рубаху, залез в свой ящик и замер, разглядев, что шкатулка лежит не на своем месте. Он достал из карманов портков ключик, попытался ее открыть. Вздрогнул, увидев сломанный замок. Прозрачные глаза Федора сощурились. Он присел и стал похож на шакала: губы сжались в две неровные линии, подбородок затрясся. Конюх повел длинным носом, принюхиваясь. Фани лежала ни жива, ни мертва. Запах потной одежды бил ее в нос и щекотал ноздри. Фани громко чихнула. Федор огляделся и увидел кафтан, скинутый Фани на пол. Мужчин подскочил к сундуку, распахнул его и откинул тряпки. Увидев француженку, от изумления оторопел. Этих секунд хватило, чтобы Фани резво выскочила из сундука. Она выставила вперед шило.

— Не подходи! — закричала она. — Где Онисья? Что ты сделал с ней, гад?

Федор поменялся в лице. Его лицо скукожилось, черты обострились, и он стал похож на шакала:

— Ты следила за мной! Сама виновата! Я не хотел, но теперь мне придется ее убить. Она могла быть счастлива со мной. Она любит меня, а не Василия. Только меня. И всегда будет моей. Это ты, ты во всем виновата!

Федор брызгал слюной, голос его перешел на фальцет. Он прыгнул к Фани и с силой сжал ее руку. Та отпустила шило. Федор размахнулся и ударил девушку кулаком по голове. Фани упала без сознания.