Книга Гишпанская затея или История Юноны и Авось, страница 81 – Николай Сергиевский

– Приветствую вас, дорогой гость, издалека приплывший к берегам благословенной нашей Калифорнии, – сказал падре Абелья, кланяясь в пояс. – До сего времени мы лишь по слухам знали о вашей великой стране, боголюбивым и могучим императором Александром Первым управляемой, да продлит Господь дни его! С тем большей радостью видим мы здесь, в стенах нашей скромной обители, вас, первого представителя сей великой страны и ее славного державного властелина. Да благословит же Господь Бог ваше пребывание в Калифорнии и да ниспошлет он вам во всех ваших добрых делах спошествование.

Резанов с лейтенантами подошли под благословение падре Абелья, окропившего их головы св. водой, Лангсдорф же на правах свободомыслящего натуралиста ограничился галантным поклоном, но падре Абелья на всякий случай и его попрыскал издали. Пожали руки монахам, назвав себя, и прошли за ними в церковь, где в честь высоких путешественников была отслужена короткая служба, во время которой Резанов и лейтенанты, следуя примеру монахов, преклонили колена, Лангсдорф же, верный себе, остался стоять.

Из церкви монахи повели гостей в смежную ризницу похвастаться церковными сосудами старинной мадридской работы, а затем в трапезную, где их ждала легкая закуска с вином.

– Обед будет попозже, – сказал падре Абелья. – А пока не угодно ли подкрепить силы перед осмотром наших владений. Ну-те, отец Мартын, распорядитесь-ка по своей части.

Добродушный толстяк Ландаэта с большой готовностью вооружился бутылкой вина собственного изделия, розлил его по стаканам из толстого стекла, причмокнул и подмигнул лейтенантам. Те выпили, крякнули и сейчас же сами подставили свои стаканы. Повторили и пошли осматривать местные достопримечательности, которыми монахам не терпелось похвастаться. В полукруглом здании вокруг монастырского двора помещались школы и кустарные мастерские, где индейцы обоего пола обучались под руководством послушников и молодых монахов всяким ремеслам: чесали шерсть, пряли, ткали, мололи кукурузу ручными жерновами, делали шоколад из бобов какао, сахара и пряностей, шили одежду и сапоги для местного потребления.

– Да у вас тут универсальная фабрика, – сказал Резанов, посмотрев мастерские. – Вы можете существовать, добывая и обрабатывая все, что вам нужно, своими руками.

– Так-то оно так, ответил падре Абелья. На Бога не можем роптать. Многомилостив к нам. А все же многого нам не хватает: орудий, инструментов, самых простых необходимых вещей для хозяйства, – стекла, посуды, сковород, кастрюль. Должны бы мы получать все это из «Благочестивого фонда Калифорнии», как наши склады в Мексико зовутся. Да трудно допроситься у них. И доставка очень дальняя. Вот хотя бы взять косы. Уж так-то нужны нам, как в хозяйстве без кос обойтись! А взять негде.

«Так, так, – подумал Резанов. – Конча правду сказала. Косы вывезут».

Посмотрели еще огромную «ранчерию», где жили все двенадцать сотен краснокожих батраков-индейцев, обращенных в христианство отцами миссии и поэтому работавших для них бесплатно. Из ранчерии поехали верхом любоваться на монастырские огороды, поля и луга, расстилавшиеся на пятнадцать миль вдаль и вширь. Любоваться было чем. Овощи в огородах, пшеница, кукуруза, люпин на полях росли буйно, и тут и там виднелись стада крупного откормленного скота и табуны рослых лошадей. На отдельном загоне плодились сотни гигантских жирных свиней.