Онлайн книга «Гишпанская затея или История Юноны и Авось»
|
– Садитесь, дон Николас, и давайте закурим ваши турецкие папиросы, – сказал губернатор. – Табак, особенно хороший, помогает переваривать неприятности. – А есть такие? Губернатор, молча, протянул ему несколько вырезок из мадридских газет, относившихся еще к декабрю 1805 года, полученных теперь с почтой из Мексики. Вырезки были полны сенсационных новостей. Разбив союзников, Наполеон вторгся в Пруссию. Священная Римская Империя перестала существовать. В кровопролитнейшей битве у деревни Аустерлиц на Праценских высотах русская армия под начальством самых блестящих русских полководцев, во главе с Кутузовым, разбита на голову. Лучшие гвардейские части, в том числе родной Измайловский полк, уничтожены почти полностью. Царь, всеми покинутый, едва ускакал из-под опустошительного огня победоносных французских войск. Русские потеряли убитыми 21.000 человек. Трофеи французов 133 пушки, 30 знамен… Резанов схватился за голову. Боже мой! А он тут блаженствует, наслаждается утехами любви! За истекшие полгода многое могло еще случиться. Русскому правительству наверно стало теперь не до Аляски. Корабль с продовольствием, ожидавшийся Барановым из Кронштадта, очевидно не пришел. На Аляске голод. В Петербурге могли произойти большие правительственные перемены. Акции компании наверно упали и без него никто ничего не сделает, чтобы поднять их. У него лично в этих акциях почти все состояние. Плохо со всех сторон. Надо ехать. Заметив его расстроенный вид, старик Аррильяга попытался его успокоить. – Да вы, дон Николас, не волнуйтесь. Коалиция рано или поздно несомненно справится с корсиканцем. И благодаря вам, Россия и Испания заключат договор вечной дружбы. – Конечно, конечно. Резанов пошел искать Кончу и нашел ее на обычном их месте за трельяжем роз на веранде. Увидав его расстроенный вид, она заволновалась. – Милый, какой ты бледный! Что случилось? – Курьер привез плохие вести. Она сама вдруг смертельно побледнела. Голос сорвался. – Касаются нас с тобой? – Нет, только России. Мой государь потерпел большие военные неудачи с Наполеоном. Европа объята войной. Надо ехать. – Но, голюбчик, ты же обещал мне еще две недельки, – упал у нее голос. – Ведь когда опять увидимся. И что тебе делать в Европе? Если она вся разваливается, почему тебе не переждать здесь? Разве тебе не хорошо с нами? – Кончита, мне слишком хорошо, чтоб совесть моя могла молчать. Но не в этом дело. Видишь ли… И он поделился с нею своими мыслями. – Надо, надо торопиться, голубушка. Полтора-два года пролетят быстро. Ты будешь мысленно со мною. Я оставлю тебе все мои русские книги, составлю для тебя краткую грамматику, ты будешь учиться, к приезду моему уже начнешь бойко болтать. И я тогда увезу тебя в Россию. – Что ж, голюбчик, если надо… Когда ж ты думаешь ехать? – Недельку, вероятно, еще пробуду с тобой. Вот узнаю, как идет погрузка продуктов из миссии. – Видишь, как ты хорошо расторговался. – Да, спасибо, милая. Благодаря тебе Аляска будет надолго сыта. В тот же день за обедом Конча с синьором Аргвельо распланировали последнюю неделю Резанова. На следующий день была Троица. Решено было всей семьей, включая губернатора, Резанова и его офицеров, ехать в церковь в миссию, а потом провести большой праздник по-семейному, дома. Во вторник дон Хозе решил везти будущего зятя смотреть свое ранчо «Эль Пилар», богатейшее поместье, которым он очень гордился. На четверг все были приглашены на праздник в миссию, а в субботу, накануне дня отъезда, решено было дать в честь отъезжающих грандиозный бал в гарнизонном собрании. В промежутках Люис и Сантьяго хотели угостить своего русского друга, в которого они были уже влюблены не меньше Кончи, охотами. |