Книга Алое небо над Гавайями, страница 99 – Сара Акерман

— А женщины в вашей жизни были? Вы были женаты? — отважилась спросить она. Она должна была знать.

— Почти женился, но ничего не вышло. Несколько лет назад у меня была невеста, но потом я узнал, что она лгала мне и встречалась с другим ковбоем за моей спиной. Я умыл руки и больше не оглядывался. Так что и я обжигался. — Он пожал плечами.

Лане захотелось умереть от стыда. Ведь она тоже его обманывала, а теперь еще узнала, что у него была женщина, не ценившая такого прекрасного мужчину.

— Мне очень жаль, — тихо произнесла она.

— Что ни делается, все к лучшему. — Он пожал плечами.

С востока наползли низкие облака. Грант приподнялся на одеяле.

— Здесь туман быстросгущается. Надо ехать, пока еще что-то видно.

Он протянул руку. Лана взяла его за руку, и он подтянул ее наверх, словно она весила не больше птички. От рывка она ударилась лбом о его ключицу. И не успела отстраниться, как он взял ее за плечи. Они замерли, глядя друг другу в глаза. Грант наклонился и поцеловал ее. Она сначала сжалась, напряглась; он отстранился и посмотрел ей в глаза. Удовлетворившись увиденным, придвинулся снова.

Грант обладал собственной гравитацией и притягивал ее к себе, как полная луна. Ей пришлось встать на цыпочки, и он наклонился к ней с закрытыми глазами. Она почувствовала пряжку его ремня, тепло его кожи под рубашкой. Сразу поняла, что все, кто прежде ее целовал, делали это неправильно. От него пахло мятой, и ей захотелось еще.

В местах, где он ее касался, кожа вспыхивала. На бедре, пояснице, шее. Между ними существовала странная связь, и ей хотелось свернуться калачиком в его объятиях под мягким одеялом и почувствовать кожей его кожу, обнаженную и гладкую.

Когда они наконец разомкнули объятия, она открыла глаза и увидела, что туман клубится у ног и доходит уже им до щиколоток. Он поднялся из кратера, скрывшегося в густом белом облаке. Грант тоже это увидел. Схватил ее за руку.

— Надо уходить.

«Но мы только начали», — хотелось сказать ей.

Всю обратную дорогу она думала о том, планировал ли он ее целовать или все получилось случайно. Ей было совестно за то, что она не была с ним честна, она даже раздумывала, не рассказать ли ему обо всем здесь и сейчас. В моем доме живет японец с сыном, а в твоем лагере держат родителей моих девочек. Но слова застряли в горле и не лезли наружу.

Они вернулись к джипу без происшествий. Лана подошла к двери пассажирского сиденья, ощущая вкус его поцелуя на губах и его мятное дыхание. Она злилась на туман. Они оба вернулись в чувство.

— Мне надо возвращаться, — сказала она, боясь, что если они снова начнут целоваться, то уже не смогут остановиться.

Он достал ключи.

— Как скажешь.

Дневной свет померк. Они ехали по ухабам, затянув фары голубым целлофаном; те отбрасывали зловещий отблеск на деревья в лесу. Лана могла думать лишь о том, почему он во второй раз не попытался ее поцеловать. Может, она сама должна была это сделать?

— Ты слышала про удостоверения? — вдруг спросилон.

Кажется, Моти что-то вчера говорил.

— Да.

— Завтра в отеле организуют их выдачу местным. Приходи с девочками.

— У нас есть удостоверения.

— Теперь всем выдают удостоверения нового образца с отпечатками пальцев. И противогазы, — добавил он.

Лана поморщилась.

— Вот радость-то. А у детей тоже снимут отпечатки?