Книга Алое небо над Гавайями, страница 72 – Сара Акерман

Они проехались по влажному тропическому лесу, где росли акации и кусты гавайской малины акала, и выехали с противоположной стороны на поляну, усеянную деревцами. Над головой тянулось голубое небо. Лошадей нигде не было видно. Грант перешел на легкий галоп, и Леди тоже ускорила шаг; держаться в седле стало легче. Изредка они проезжали участки застывшей лавы, но Леди их обходила. Лана задышала полной грудью; хотелось одновременно смеяться и плакать.

Они остановились у сосновой рощи. Грант пристально смотрел на нее.

— Как вы? В порядке?

Она машинально потрогала щеки — не расплакалась ли, сама того не заметив?

— Кажется, да, а почему вы спрашиваете?

— Просто вы так улыбаетесь.

Видимо, ее улыбка оказалась заразительной; он тоже улыбнулся, и все его лицо преобразилось. А у нее словно появился личный инструктор по верховой езде и проводник.

Приятное отвлечение, значит.

— У меня давно уже не было причин улыбаться. Не удержалась, — сказала она.

— Лана?

— Да?

Его лошадь приблизилась, и их колени почти соприкоснулись. Она заметила шрам в форме полумесяца над его бровью.

— Никогда не извиняйтесь за то, что улыбнулись. Вы вся сияете.

Она заморгала и хотела попросить его повторить эти слова. Но почувствовала, как подступили слезы. Боже, что со мной не так?Не в силах унять плач, она закрыла лицо ладонями и поняла, что те дрожат.

— Ох черт, я не хотел вас расстраивать, — сказал Грант.

Лана покачала головой.

— Вы тут ни при чем.

Минуту они молчали, а потом он произнес:

— Тогда в чем дело? Иногда полезно выговориться.

Она раздвинула пальцы и глянула на него одним глазом. Он ласково гладил лошадь по шее, и ей вдруг захотелось, чтобы это была ее шея.

— Просто все навалилось… целая вереница событий, начавшаяся задолго до того, как я приехала на остров. Не хочу надоедать вам рассказами… у нас есть дело, и девочки ждут.

Он перекинул ногу через седло, сел боком и повернулся к ней лицом.

— Не оборачивайтесь. Охело стоит там, под акацией, и следит за нами. Постоим здесь немножко и притворимся, что она нас не интересует. Время у нас есть.

Он оказался прав насчет Охело, а она даже не заметила.

— Как вы ее увидели?

— Годы практики. Не пытайтесь сменить тему.

Леди фыркнула и пошевелилась; Лана задела Гранта ногой.

— О! — вскрикнула она, но скорее от нервов, чем от боли.

Грант соскочил со спины Босса и протянул руку. Она смотрела на его ладонь так, будто та была полита ядом, и не спешила слезать. При одной только мысли, что их руки соприкоснутся, ее пробрала дрожь.

— Чего вы так боитесь? — спросил он.

Вас.

— Спасибо за вашу доброту, но, может, займемся делом? Прошу. — Она попыталась улыбнуться.

Ветви зашелестели под порывом ветра, и красные цветки охиа закачались, словно пытаясь изо всех сил удержаться на ветке. Хорошо, что цветы не упали, иначе дождя не миновать.

Грант, прищурившись, смотрел на нее.

— Хорошо, обещаю больше не спрашивать о личном. Мама вечно твердила, что я не знаю границ. Мол, если мне что-то надо, я становлюсь назойливее барсука.

— В этом есть свои плюсы и минусы. Отец говорил, что я упрямее опихи, так что мы друг друга стоим, — примирительным тоном промолвила Лана.

— Опихи?

— Моллюска, которого невозможно отодрать от скал. Но ничего вкуснее вы в жизни не пробовали. Чуть посолить — язык проглотишь.