Книга Алое небо над Гавайями, страница 66 – Сара Акерман

— В другой жизни я был ковбоем из Вайоминга. Всю жизнь посвятил лошадям, и, когда пошел служить, сделал эту татуировку, — сказал Бейли голосом горделивого отца.

Коко убрала руку, а Лана, не думая, коснулась первой лошади на рисунке и провела пальцами по остальным. Грант вздрогнул. Лана смущенно отдернула руку.

— Простите. Очень красивый рисунок, — сказала она.

Грант пристально взглянул на нее.

— Простить за что?

Она потупилась и не ответила; сердце бешено билось.

Коко тоже нервничала и тараторила так быстро, что проглатывала слова:

— Я вчера лошадку нашла у нашего дома, даже нескольких, но есть одна, которая мне очень нравится… Ее зовут Охело, и она сказала, что хочет со мной дружить.

Грант усмехнулся.

— Еще бы не хотела. Лошадки — верные друзья. И знаешь что?

— Что?

— Стоит один раз завоевать их доверие, и они уже никогда тебя не забудут.

— Как люди, — кивнула Коко.

— А как выглядит твоя Охело?

Коко указала на его руку.

— Как эта последняя лошадка на вашей руке. Она маленькая, черная, хрупкая, с очень длинным хвостом. И у нее колено болит.

Грант почесал подбородок.

— Кажется, я знаю эту лошадку. Мы называли ее Минни, потому что она была очень маленькая. Она пуглива и боится людей. А как ты узнала про колено?

— Просто узнала и все.

— Ясно. Она тебя к себе подпустила?

— Вроде да.

— Значит, ты особенная девочка.

Коко пожала плечами. Лана хотела увести девочек, но Коко произнесла:

— А вы придете и научите нас быть ковбоями?

Мари встревоженно взглянула на Лану. Будет сложно объяснить, почему с ними живет японец с сыном.

— Майор Бейли защищает нас от вторжения, пусть он делает свою работу. Сейчас не время играть в ковбоев, — сказала Лана.

— А я бы с радостью пришел, — ответил Грант.

— Вы очень добры, сэр, но у нас много других дел.

— Каких дел? — заныла Коко.

Еще утром голова Ланы была забита проблемами: она думала о том, как сохранить Моти жизнь, дозвониться до Вагнеров, скоро ли ждать очередного авианалета. Но сейчас она не могла придумать ни одной отговорки.

К счастью, в тот момент из столовой вышли два молодых солдата и подошли к ним поздороваться. Усолдат были короткие стрижки, словно только что сделанные, отглаженная форма, а ходили они слегка вразвалочку. Может, Грант забудет об игре в ковбоев и уйдет с ними? Ребята, чуть не отталкивая друг друга, бросились пожимать руки Мари, которая в этих краях, похоже, была единственной блондинкой. Через пару минут светской беседы солдаты откланялись.

Но Грант никуда не делся.

— Вы правы, у меня действительно много дел. Но когда я берусь за них, люблю доводить их до конца. Да и лошади эти, если честно, мне пригодились бы — патрулировать национальный парк. Я могу загнать их в стойло и осмотреть Охело, если та меня к себе подпустит. И там еще надо забор достроить.

Коко запрыгала от радости.

— Я буду вам помогать!

— Нет, — сказала Лана, и отказ прозвучал слишком резко.

Но Грант настаивал.

— Обещаю не путаться у вас под ногами.

— Майор…

Он поднял руку.

— Послушайте, я знаю, что вы не хотите навязываться, но воспринимайте это как помощь нашим военным и лично мне, ну и просто добрый поступок. — Он положил руку на сердце. — Я очень скучаю по ранчо. С этими лошадьми я хоть немного отдыхаю и вспоминаю свою ковбойскую жизнь. Не говоря уж о том, что у меня есть шанс порадовать одну милую маленькую девочку.